«Два танка запороли!»: как генерал, мастеривший по ночам модели, создал «ежа», останови...
«Два танка запороли!»: как генерал, мастеривший по ночам модели, создал «ежа», остановившего Вермахт В июле 1941 года Киев уже жил в предчувствии близкой беды. Поздно вечером домой вернулся генерал-майор технических войск Михаил Гориккер. Уставший, но с необычным блеском в глазах, он перешагнул порог и почти выкрикнул: «Два танка запороли!». Домашние замерли. Они знали, как свято генерал относился к боевой технике, как переживал за каждую машину. А тут — ликование из-за двух искалеченных танков. Никто тогда не осознал, что на их глазах рождалась история. Михаил Львович Гориккер появился на свет в 1895 году в Бериславе Херсонской губернии. С подростковых лет он постигал слесарное и кузнечное ремесло, став мастером цеха. В 1915 году его призвали на Первую мировую, где он воевал самоотверженно и заслужил два солдатских Георгиевских креста. После ранения в 1917 году он вступил в Красную Армию и прошел Гражданскую войну. Позже окончил Военную академию механизации и моторизации, командовал опытными танковыми частями. Затем возглавил Московское танково-техническое училище, которое за три года до войны перевели в Киев. В 1940 году Гориккер стал одним из первых советских военачальников, удостоенных звания генерал-майора технических войск. Когда грянула Великая Отечественная, Гориккера назначили главой Киевского гарнизона и ответственным за оборону города. Дел было невпроворот, спать удавалось урывками. Но даже глубокой ночью, возвращаясь домой, генерал не падал без сил в постель — он садился за стол и начинал мастерить. Его пятнадцатилетний сын Владимир с недоумением смотрел, как отец забирает у него игрушечные танки, берет спички, клей, пластилин и часами что-то конструирует. Подростку это казалось чудачеством. Лишь спустя годы он понял: отец искал решение. Простое, как все гениальное. Мысль о создании эффективного противотанкового заграждения витала в воздухе. Танки были созданы для прорыва обороны, и остановить их надолбами и рвами получалось далеко не всегда. Нужно было что-то дешевое, простое в изготовлении и способное вывести машину из строя. Гориккер предложил конструкцию из трех отрезков рельса или двутавровой балки, сваренных в форме буквы «Ж». Солдаты окрестят ее «ежом», а в документах она останется «звездочкой Гориккера». Высота — примерно 80 сантиметров. Именно такой размер не давал танку просто сдвинуть заграждение. Главный секрет таился в расстановке: шахматный порядок в два-три ряда, расстояние между конструкциями — около двух третей ширины танка. Когда машина наезжала на такое препятствие, первый «еж» переворачивался и упирался в днище, второй приподнимал танк, лишая гусеницы сцепления с землей. Машина зависала, превращаясь в идеальную мишень для артиллерии. Третьего июля 1941 года на полигоне Киевского танково-технического училища прошли испытания. Комиссия наблюдала, как Т-26, наехав на «звездочку», лишился люка масляного насоса и через несколько минут остался без масла. БТ-5 сумел преодолеть несколько рядов, но поплатился за это погнутым днищем и разбитой трансмиссией. Вердикт комиссии был однозначен: «Противотанковые препятствия шестиконечные звёздочки являются эффективным противотанковым заграждением». Простота конструкции позволяла делать «ежей» буквально из рельсового утиля. Уже к началу битвы за Москву на ближних рубежах обороны столицы установили около 37 500 таких заграждений. Всего за годы войны в Советском Союзе изготовили более двух миллионов «звездочек» Гориккера. Ими ощетинились все крупные города. Результат оказался ошеломляющим. Немецкие танкисты, впервые увидев незнакомое заграждение, пытались сдвинуть его — и оказывались в подвешенном состоянии. Выбраться без посторонней помощи было невозможно, а любой неподвижный танк становился прекрасной целью. Позже нацисты пытались делать проходы, стягивая «ежей» тросами, но красноармейцы стали минировать подходы к заграждениям и прикрывать их пулеметным огнем. А еще позже «ежи» начали связывать друг с