Белая полоса на фюзеляже: почему эскадрилья Леонида Беды казалась немцам неуязвимой
Белая полоса на фюзеляже: почему эскадрилья Леонида Беды казалась немцам неуязвимой В апреле 1944 года в Севастопольской бухте стоял немецкий транспорт, набитый вывезенными ценностями. Он готовился уйти в море. Удар бомбардировщиков захлебнулся: зенитный огонь был слишком плотным. Тогда на задачу отправили пару Ил-2. Ведущим был гвардии капитан Леонид Беда. Он выбрал заход со стороны солнца, чтобы самолёты прятались в слепящем свете, а тень ложилась на цель. Немцы заметили их уже на выходе из пикирования. Судно не ушло. Леонид Беда родился 16 августа 1920 года в селе Новопокровка в Казахстане, в семье переселенцев с Украины. До войны окончил учительский институт и аэроклуб. В августе 1942-го после Чкаловской авиашколы сержантом прибыл под Сталинград. Его первый вылет — удар по станции Варопоново, где сосредоточились танки Паулюса. Он сбросил бомбы, подбил машину, а затем зашёл на второй круг и ударил реактивными снарядами с бреющего полёта. Командир полка коротко оценил: «Отлично действовали, товарищ сержант». Через вылет его Ил-2 сбили под Гумраком. Осколки попали в бок и голову, кровь заливала глаз. Руль направления был перебит, стойки шасси отвалились. Беда сажал машину на брюхо. В корпусе потом насчитали 380 пробоин. Он вернулся в строй и вскоре стал ведущим пары. Но дело было не только в личной храбрости. Сын лётчика, тоже Леонид и тоже военный пилот, говорил: «Отец, от природы склонный к математике и анализу, получив педагогическое образование, был настоящим учителем для своих пилотов». В штурмовой авиации того времени опыт только складывался, а срок жизни лётчика часто измерялся несколькими вылетами. Беда не просто воевал, он анализировал и учил других. Он одним из первых в полку сделал правилом подавлять зенитки перед ударом по цели. Сегодня это выглядит очевидным, но тогда за такую тактику его наградили орденом Красной Звезды. Вместе со стрелком Семёном Романовым он летал с 1943 года до конца войны — для штурмовиков случай редкий, потому что стрелки гибли чаще пилотов. Они отработали свой приём: когда немецкий истребитель заходил сзади, Беда переворачивал Ил-2 вверх колёсами, и Романов бил по врагу вниз головой. Так они сбили первый «мессер». После трагического случая с обстрелом своих генерал Черняховский приказал нанести на штурмовики белые полосы. Самолёты эскадрильи Беды сохраняли эти метки дольше других. Для немецких зенитчиков белая полоса на фюзеляже стала сигналом: в небе группа Беды. По воспоминаниям, они начинали стрелять неточно, а на окрики командиров отвечали: «Мы не можем попасть в этих демонов. Они бестелесные!» Когда по рациям разносилось «Бе-да!», расчёты ПВО теряли выдержку. Пленные на допросах говорили, что эскадрильей командует дьявол. Особенно показателен эпизод в Крыму. У самолёта Беды перебили маслопровод, двигатель встал. Он сел в поле рядом с вражеским аэродромом. К месту уже мчались мотоциклисты и бронетранспортёр. Беда и Романов подожгли машину и приготовились к бою. В этот момент сверху ударила его эскадрилья. Ведомый Анатолий Брандыс хотел сесть рядом, но Беда заметил повреждение на его крыле, снял гимнастёрку и красную майку и замахал: «Запрещаю!» Тогда сел самый неопытный — лейтенант Анатолий Береснев, у которого это был первый боевой вылет. Командир втиснулся к нему в кабину вниз головой, Романов уцепился за смотровой люк, и они взлетели на глазах у немцев. Береснев за спасение командира получил орден Красного Знамени. К 1944 году все лётчики эскадрильи стали Героями Советского Союза, а двое бывших ведомых закончили войну дважды Героями. Сам Беда совершил 214 боевых вылетов. После взятия Кёнигсберга его вызвали в Москву для вручения второй Золотой Звезды. Михаил Калинин отвёл его в сторону: «Это правда, Леонид, что вы собираетесь фамилию поменять?» Беда признался, что думал взять фамилию жены. Калинин ответил: «Ивановых, Петровых, Сидоровых у нас десятки тысяч. А Беда — одна. Вы её прославили. Я вам запрещаю её менять». Лётчик