Один священник — бывалый, объездил десятки святынь, прикладывался к мощам в Киево-Печер... — 6 июля 2026 г. в 12:00:04.707
Один священник — бывалый, объездил десятки святынь, прикладывался к мощам в Киево-Печерской лавре, целовал главу Пантелеимона на Афоне. Удивить его трудно. Подходит к раке владыки Иоанна Шанхайского, крестится, начинает молитву — и что-то ставит его на колени. Буквально. Обдаёт тёплой волной, слёзы, желание лечь на пол и не уходить. Пытался взять себя в руки — не мог. Думал: сейчас все смотрят, а я тут реву. Вернулся вечером. Потом утром. Каждый раз одно и то же. В Шанхае он уходил в трущобы, куда полиция не заходила от страха, и подбирал детей из мусорных контейнеров. Выкупал младенцев у пьяных родителей буквально за бутылку водки. За годы — три с половиной тысячи детей. В Париже железная дорога меняла расписание поездов, если он опаздывал. Женщины выходили на улицу с больными детьми — он проходил, благословлял, дети выздоравливали. Католики первыми назвали его святым. Когда начальство заставило носить ботинки, он завязал шнурки, повесил на плечо и уточнил: «Не сказали, как носить — я и ношу». Однажды мать в слезах пришла к нему — сын числился на борту разбившегося самолёта, все погибли. Попросила панихиду. Он выслушал и сказал: не панихиду — молебен. Надо благодарить Бога. Она умоляла. Он повторял своё. Ночью зазвонил телефон. Голос сына: «Мама, мы в Монреале. Всё хорошо». Он вышел из самолёта в Нью-Йорке за несколько часов до катастрофы — просто почувствовал. Как владыка это знал — никто объяснить не мог. Как всё это происходило, подробно рассказал на канале, который работает благодаря вашим пожертвованиям. Благодарю вас за поддержку — без неё наша работа давно бы остановилась. Подписывайтесь и поддерживайте, пожалуйста. Имена всех жертвователей передаю в женский Богоявленский Аланский монастырь. В последние годы его травили свои. Объявляли неспособным управлять епархией. Вызывали в суд. Отправили на психиатрическое освидетельствование — медики подтвердили: нормальный. Но кто его туда отправил? Православные священнослужители. Не могли терпеть святого рядом с собой. Это случалось со многими — Иоанн Златоуст, Серафим Саровский. Иоанн Шанхайский тоже прошёл через это. Когда он умер, часть священников служила благодарственный молебен прямо во время его отпевания. Радовались, что чудак наконец ушёл. Он явился одной прихожанке и сказал: «Меня убили, но я жив». Тело десять дней лежало в соборе в летнюю жару. Не бальзамировали. Американские санитары приходили каждый день — зафиксировать начало разложения, чтобы забрать и похоронить. Уходили ни с чем. Приборы показывали реакцию живого тела. Мощи оказались нетленными. Восьмилетний Никита из Берлина сбит автобусом, черепная травма, десять процентов выжить. Родители мазали голову маслом от его мощей. Немецкие врачи-атеисты написали в карте: «Мы свидетели чуда». Мать-мусульманка из Марокко помазала грудь маслом крестом — рак исчез. Её муж-шиит сказал сыну: «Велик христианский Бог». Сын стал православным. Митрополит Антоний называл его чудом аскетизма. Митрополит Николай Сербский — живым потериком. Парижане — святым босоногим Жаном. А сам он говорил: «Хотя я умер, но я жив».