Последние два года я всё чаще наблюдаю одну тенденцию: паломничество постепенно превращ...
Последние два года я всё чаще наблюдаю одну тенденцию: паломничество постепенно превращается в православный туризм. И для меня это не просто игра слов. Люди по-прежнему едут в монастыри, к мощам святых, к чудотворным иконам. В программах — службы, святыни, известные обители. Внешне всё выглядит как паломничество. Но меняется отношение к самой поездке. Всё чаще на первое место выходят комфорт, категория гостиницы, продолжительность переездов, качество еды, количество экскурсий, удобство расписания. Святыня постепенно становится одной из «точек программы»: приехали, сфотографировались, приложились, поехали дальше. И я всё чаще задаю себе вопрос: а где в этом всём осталось паломничество? Я вовсе не считаю, что паломник обязан страдать, жить в плохой гостинице или ехать десять часов в неудобном автобусе. Комфорт сам по себе не противоречит вере. Дело совсем не в этом. Дело в том, зачем человек едет. Турист приезжает посмотреть. Паломник — встретиться. Турист оценивает место. Паломник старается услышать, что это место говорит ему самому. Турист спрашивает: «Что я получу за эти деньги?» Паломник прежде всего спрашивает себя: «Зачем Господь привёл меня сюда?» И, пожалуй, самое сложное начинается тогда, когда человек покупает паломническую поездку, но относится к ней как к обычному туристическому продукту. Тогда организатор должен обеспечить идеальную погоду, отсутствие очередей, удобные номера, хорошее питание, пунктуальность всех служб, прекрасное настроение группы — и желательно ещё духовное переживание по расписанию. Но паломничество никогда не было услугой по производству духовных впечатлений. В нём могут быть усталость, ожидание, неудобство, непредвиденные обстоятельства. Иногда именно через них человек и встречается с собой настоящим. Последние два года я особенно ясно вижу эту подмену. Мы всё ещё называем это паломничеством. Но иногда внутри него остаётся всё меньше паломника и всё больше потребителя. И, наверное, нам всем стоит снова вспомнить простую вещь: к святыне едут не за сервисом. К святыне едут со своим сердцем. Можно объехать десятки монастырей и остаться православным туристом. А можно однажды приехать к одному святому — и вернуться совсем другим человеком. Вот это для меня и есть паломничество.