Дом Ипатьева. Последние дни земной жизни святой Царской Семьи
Дом Ипатьева. Последние дни земной жизни святой Царской Семьи 9 июля (26 июня) – День семьдесят первый. Вторник В дневнике Государя записей нет. Государыня снова отметила: «День прошел, как обычно В. Н. Деревенко по-прежнему не было.» Семья, кроме Александры Федоровны и старшей дочери, дважды выходила погулять, хотя несколько раз лил дождь. Императрица подробно перечисляла свои дела этого дня: «Разговаривала, не могу читать более 5 минут из-за того, что все еще болят глаза...» Между тем, в Ипатьевском доме все больше ощущалось приближение трагедии. И. Мейер, австрийский военнопленный, перешедший на службу к большевикам и, по его словам, бывший в июле 1918 г. в карауле Дома особого назначения, уверял, что Е. С. Боткин за несколько дней до убийства был приглашен в ЧК, где ему было предложено покинуть Ипатьевский дом, так как «будущее Романовых выглядит несколько мрачно». В ответ лейб-медик ответил: «Я дал Царю мое честное слово оставаться при нем до тех пор, пока он жив. Для человека моего положения невозможно не сдержать такого слова. Я также не могу оставить Наследника одного. Как я могу это совместить со своей совестью? Вы все же должны это понять. Если Россия гибнет, могу и я погибнуть. Но ни в коем случае не оставлю Царя! Меня радует, что еще есть люди, которые озабочены моей личной судьбой. Но помогите этой несчастной семье! Вы сделаете хорошее дело. Там, в том доме, цветут великие души России, которые облиты грязью политиков. Я благодарю вас, господа, но я остаюсь с Царем!». Е. С. Боткиным в этот день, 9 июля, было начато письмо «другу Саше»: «Дорогой мой, добрый друг Саша, делаю последнюю попытку писания настоящего письма, по крайней мере, отсюда, хотя эта оговорка, по-моему, совершенно излишняя: не думаю, чтобы мне суждено было когда-нибудь откуда-нибудь еще писать, мое добровольное заточение здесь настолько же временем не ограничено, насколько ограничено земное существование. В сущности, я умер — умер для своих детей, для друзей, для дела. Я умер, но еще не похоронен, или заживо погребен, как хочешь, последствия почти тождественны».