Дом Ипатьева. Последние дни земной жизни святой Царской Семьи
Дом Ипатьева. Последние дни земной жизни святой Царской Семьи 10 мая (27 апреля) – День одиннадцатый Светлая седмица. Пятница Утром царской чете был представлен новый помощник коменданта А. Мошкин, как писал в дневнике Государь, «с добрым лицом, напоминающим художника». Вскоре после этого Государю передали пакетик с табаком, присланным из монастыря. У всех узников Ипатьевского дома большевики произвели опись и изъятие денежных средств, как писал Государь, «для хранения у казначея Областного Совета!» Государыня и Мария Николаевна писали в Тобольск: «…Здесь почти ежедневно неприятные сюрпризы. Только что были члены областного комитета и спросили каждого из нас, сколько кто имеет с собой денег. Мы должны были расписаться. Т. к. Вы знаете, что у Папà и Мамà с собой нет ни копейки, то они подписали ничего, а я 16 р. 17 к., которые Анастасия дала мне на дорогу. У остальных все деньги взяли в комитет на хранение, оставили каждому понемногу, выдали им расписки <...> Кто мог бы подумать, что после 14 месяцев заключения так с нами обращаются…» (расписки не сохранились). Утром шел густой снег, но днем вышло солнце. И, как отмечал Государь, «гулять было хорошо». Вечером он читал вслух сборник рассказов писателя-сатирика Н. А. Лейкина «Неунывающие россияне», Великая княжна читала Государыне «Духовное чтение». В этот день врач Е. С. Боткин написал сыну Юрию письмо: «Пока мы по-прежнему в нашем временном, как нам было сказано, помещении, о чем я нисколько не жалею, <…> оно вполне хорош <…> Правда, садик здесь уж очень мал <...> коменданты сменяются, точнее, подсмениваются, часто, и комиссия какая-то заходила осматривать наше помещение, и о деньгах приходили нас допрашивать <...> Словом, хлопот мы причиняем массу, но, право же, мы никому не навязывались и никуда не напрашивались. Хотел было прибавить, что и ни о чем не просим, но вспомнил, что это было бы неверно, так как мы постоянно принуждены беспокоить наших бедных комендантов и о чем-нибудь просить: то денатурированный спирт вышел и не на чем согревать пищу или варить рис для вегетарианцев, то кипяток просим, то водопровод закупорился, то белье нужно отдать в стирку, то газеты получить и т. д., и т. п.» Местные газеты были заняты обсуждением статьи Ленина «Очередные задачи Советской власти». Военная хроника с намеком извещала, что брат Александры Федоровны, принц Гессенский, назначен генерал-губернатором всех оккупированных русских областей. А непосредственно перед забором Ипатьевского дома, на Вознесенской площади, тремя неизвестными, среди бела дня, был ограблен представитель Златоустовского завода П. Малькольм. Москва. В этот день немецкий посол в России граф Мирбах сообщил в Берлин, что он провел переговоры с Караханом и Радеком по поводу екатеринбургских узников. Посол особенно беспокоился о «немецких принцессах» – Александре и Елизавете. Советские власти, конечно, выразили сочувствие, но дело не сдвинулось ни на шаг.