Первая заповедь Христа — «Покайтесь». Её Он принял как эстафету от Иоанна Предтечи. Об ...
Первая заповедь Христа — «Покайтесь». Её Он принял как эстафету от Иоанна Предтечи. Об этой заповеди — несколько слов. Она обобщающая. То есть не регулирующая одну из многих сторон жизни: почитай родителей, не кради и прочее, — а охватывающая всю жизнь без остатка. Как и заповедь о любви. Вопрос о том, что включает в себя покаяние, как и вопрос о том, что значит любить, требует творческого решения. «Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого — и все другие — заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя. Любовь не делает ближнему зла; итак, любовь есть исполнение закона» (Рим. 13:8–10). Точно так же можно сказать, что кающийся не делает зла ближнему. Кающийся тоже исполнил закон. Я не разглашаю чужих грехов, потому что помню свои. Я каюсь. Я не краду, потому что покаялся. Я молюсь — главным образом приношу молитвенное покаяние, — потому что сокрушаюсь о грехах. Покаяние такое же безграничное, как и любовь. Изначально люди к этому не способны. Им гораздо милее и ближе иметь не одну или две всеобъемлющие заповеди, а много-много детализированных приказаний на все случаи жизни. Отсюда так много заповедей в Торе, много обрядов, обычаев и тому подобного. Люди сущностно в этом нуждаются в период духовного детства, духовного отрочества, духовной юности. И только в период духовного возмужания человеку не нужно много. Ему нужно только одно, но главное. Таково покаяние. Один из признаков покаяния — когда ты попадаешь в прежние условия, но ведёшь себя по-новому. Скажем, раньше ты ходил в гости и пил со всеми. Теперь ты в гости идёшь, но уже не пьёшь. При этом остальные пить не бросили. Ты бросил. Условия не изменились. Изменился ты. И так — по всем грехам. Ты не злословишь, не материшься, не идёшь «налево», не ищешь сомнительного и халявного заработка, хотя все по-прежнему живут именно так. Но ты покаялся и продолжаешь бодрствовать над собой. Если же мы требуем изменения окружающей жизни, сетуем, что не в силах что-то изменить — ведь весь мир против нас и никто каяться не хочет, — то этим мы расписываемся в маловерии. Хотим спрятаться среди массы и только тогда жить по-Божьему, когда все так заживут. Это иллюзия. Церковь до скончания века не перестанет говорить устами Предтечи и Господа: «Покайтесь!» И именно кающиеся составляют Церковь, которую врата ада не одолеют. А Ткачев