На Апостол дня:
На Апостол дня: Сегодня мы читали часть послания апостола Павла к христианам города Коринф. Он перечисляет греховные страсти, которые разъедают общину коринфян изнутри. Это «раздоры, зависть, гнев, ссоры, клевета, ябеды, гордость, беспорядки». Павел предупреждает виновников смуты, чтобы они одумались. В заключении мы слышим его грозные слова: «когда опять приду, не пощажу». Не стоит думать, что Павел произносит эти слова с жесткостью начальника-администратора, который кровожадно предвкушает наказание провинившихся подчиненных. Вчитываясь в текст послания, мы ощущаем, что сердце Павла переполнено тревогой. Святитель Феофан Затворник говорит, что им движет «отеческая попечительность, когда он страшится более, нежели сами согрешившие». Чего же страшится Павел? Обратите внимание, в перечне беззаконий на первом месте стоят не плотские грехи. Но именно раздоры и зависть. Это то, что разрывает единство Тела Христова, Его Церковь. Для Павла это весьма тяжкое прегрешение. Однако он страшится не только этого. Всякий человек может согрешить. Апостол переживает о том, что его подопечные могут не покаяться. То есть, могут посчитать свое поведение нормой. Но и это не все страхи, которые есть у апостола. Пожалуй, на самый большой указывает его фраза: «чтобы опять, когда приду, не уничижил меня у вас Бог мой». Слово «уничижит» означает унизит, сделает малым и незначительным. Нет. Павел боится отнюдь не того, что коринфяне унизят его, будут смотреть на него свысока или смеяться над ним. Он боится, что Бог будет вынужден действовать через него как через судью. То есть, ему придется взять на себя тяжкое бремя обвинителя своих детей. И если они не исправятся, выступить в роли карателя. Все эти боязни Павла понятны. Ведь он проповедовал коринфянам Евангелие для того, чтобы они родились в новую жизнь. А не для того, чтобы получить над ними власть и наказывать за сопротивление этой жизни, друг другу и Богу. Такая ситуация ставит под вопрос миссионерские усилия апостола. Не оказалась ли его любовь бессильной? Конечно же, по-человечески Павел этого страшится. Потому он и предупреждает коринфян трижды, плачет, умоляет, — лишь бы они одумались и не пришлось наказывать. Как нам порой не хватает подобных страхов! Мы чаще боимся, что нас не оценят, что нас не поймут, что нас отвергнут. Мы боимся потерять репутацию, быть униженными в глазах других, стать смешными. Но Павел боится совершенно иного. Боится застать своих детей в грехах, боится, что они не покаются, и больше всего — что Бог вынужден будет действовать через него как через судью. Это и есть подлинный страх Божий. Он проявляет себя не столько в трепете перед непредсказуемостью и могуществом Творца, сколько в том, как мы строим отношения с ближними. Хотим ли мы для них жизни, рискуем ли говорить правду, страдаем ли от их грехов, как от своих собственных. Только так страх Божий перестаёт быть абстрактным и становится реальным страхом за тех, кто рядом. Страхом, что наша любовь не сможет их спасти.