Алексей Шульгин разбирает охотничий образ Ленина как странный советский миф, выросший и...
Алексей Шульгин разбирает охотничий образ Ленина как странный советский миф, выросший из рассказов для школьников, мемуаров Крупской, Зощенко, Рудзутака, Крыленко и записей Пришвина. Вначале перед нами привычный «дедушка Ленин», портрет в классе, обязательная любовь к вождю, а затем совсем другой персонаж: ссыльный в Шушенском, охотник на лис и волков, человек, которого современники описывали то неловким стрелком, то наблюдателем, приехавшим в лес скорее отдыхать и смотреть на деревенскую жизнь. Настоящим охотником Ленин, судя по этим свидетельствам, не был. Охота стала частью его посмертной иконографии, удобным сюжетом для литературы, живописи, скульптуры и советской мифологии, где живой человек превращался в бронзовый памятник.