ИД

Игорь Деревсков птицы Магнитогорска 🦉

Животные · 8 мая 2026 г.

Открыть канал в MAX

Я не знаю, когда после войны появился отчим – то ли Сергей, то ли Серафим, как выяснило...

Я не знаю, когда после войны появился отчим – то ли Сергей, то ли Серафим, как выяснилось после смерти. У меня две его медали: «За победу над Германией» с профилем Сталина и «Двадцать лет Победы в Великой Отечественной войне». Я, видимо, в бабушку. С ней тоже спорить было бесполезно. «Мама!» – с укоризной говорил отец, было это где-то в конце 60-х. Но она, мягкая и добрая баба Дуся, Евдокия Николаевна, твердо и спокойно стояла на своем: «Войну выиграл Сталин». Я и не понимал, о ком речь. Сейчас вот, на старости лет, читаю его написанную Троцким биографию и соглашаюсь не с ним, а с бабой Дусей. Отец, Николай Михайлович, часто, с восторгом, рассказывал о службе в Москве, о частых встречах с Буденным. Отрывочные воспоминания о детстве, когда он едва не замерз в сугробе, возвращаясь из ремеслухи в соседнем селе, – уже бессознательного его подобрал добрый человек, ехавший на санях. Или когда разрубил пополам колено в отрочестве – надо было наколоть воз дров. Так вот, сложились они в единую картину, когда он, уже только на склоне лет, разоткровенничался, что отчим его, в отличие от сестры, не любил, бил жестоко, до беспамятства. Представьте такое детство и отрочество. Отец поехал на похороны, но ни слезинки по отчиму не уронил. А меня деда Сережа любил до беспамятства. Я уже рассказывал, что он был ветеринаром, пил и умер в 54 года. Баба Дуся очень редко произносила «Михаил», глаза ее тихо светились, а я ничего не понимал.