Что стало с болотами, которые мы осушили — 1 августа 2026 г. в 11:03:01.509
Что стало с болотами, которые мы осушили В России осушено не меньше 5 миллионов гектаров торфяников — это больше, чем вся Московская область. Когда-то каждое болото осушали под конкретную задачу. Сегодня большая часть этих земель заброшена. Что же с ними стало? 🏭 Зачем осушали болота Задач было три. В центральных и северо-западных регионах болота чаще всего осушали ради торфа: его жгли электростанции и заводы. Ради сельского хозяйства осушали низинные болота — под пашню, сенокосы, пастбища; иногда под них же отдавали уже выработанные торфяники. А третью задачу ставило лесное хозяйство: на подсушенном болоте деревья растут быстрее. Потом торф перестал быть топливом для электростанций, болота стали не нужны и для других отраслей. Однако уже осушенные торфяники остались, и каждый из них сегодня горит по-своему. 🔥 Как осушали — так и горит Всё зависит от того, как осушали болото. Опаснее всего — фрезерный способ добычи торфа, самый современный: с болота снимали живой верхний слой, ровняли его и резали каналами. Такие торфяники горят чаще других, особенно в Центральной России и на северо-западе. На пашне всё иначе: распашка разрушила верхний слой торфа, и он почти не загорается. Трава по такому полю горит часто, а вот сам торф — редко. В лесу торф тоже загорается редко — его меняют корни деревьев и растения. Но если уж загорелся, то обычно вместе с лесом: получается лесоторфяной пожар, который горит сильно и открытым огнём. 💧 Чего никто не планировал Кое-где болото понемногу возвращается: канавы затягиваются растениями, вода застаивается. Учёные называют это вторичным заболачиванием. Но происходит это лишь местами. Большинство каналов вырыты слишком глубоко и добротно — их разве что бобры возьмутся заделать. А самые крупные, магистральные, — это часто спрямлённые русла рек. Там вода продолжает уходить — просто потому, что так было построено полвека назад. Торфяник остаётся сухим, болото на нём не восстанавливается, и он может гореть. Учёт бесхозных осушенных торфяников не ведётся, многие собранные когда-то материалы утеряны. Поэтому мы взялись за это сами: волонтёры вручную, по спутниковым снимкам, нашли такие торфяники, отсортировали их по критичности и свели в торфяную базу данных. Теперь это наш рабочий инструмент — в нём мы храним всю информацию и с его помощью планируем будущие выезды.