ВЕРА, НАДЕЖДА, ЛЮБОВЬ И СОФИЯ
ВЕРА, НАДЕЖДА, ЛЮБОВЬ И СОФИЯ ВСЕЛЕНСКИЕ БАБЬИ ИМЕНИНЫ На Руси этот день особенно считался женским: поздравляли женщин, пекли пироги и кренделя, собирались вместе, разговаривали, вспоминали прожитое. А ещё существовал старый обычай: утром женщине разрешалось поплакать. Не от слабости. Не потому, что день должен быть печальным. А будто выпустить то, что накопилось внутри. «Слеза, которую выплакала, легче той, которую месяцами носишь за пазухой». И вот здесь, мне кажется, древняя традиция вдруг становится очень современной. Сколько женщина умеет держать в себе? Усталость – потом отдохну. Обиду – сейчас не время. Страх – никому не покажу. Деньги заканчиваются – разберусь. Работа тяжёлая – потерплю. Человек ранит – промолчу, чтобы не поссориться. А потом однажды плачет из-за ложки, которую кто-то опять положил не туда 😄 Было у вас такое??? И дело, конечно, не в ложке. Просто внутри уже давно стояла очередь из всего непрожитого. Вселенские бабьи именины словно давали женщине законное право сказать: «Мне было трудно». Без оправданий. Без немедленного: «Но другим ещё хуже». Без необходимости за пять минут снова стать сильной. А потом умыться, поправить платок и жить дальше. Вот это мне особенно нравится: не застрять в слезах, а освободить место. Вера – чтобы не потерять опору. Надежда – чтобы видеть дальше сегодняшнего дня. Любовь – чтобы не ожесточиться. София – мудрость, чтобы не путать любовь к другим с отказом от себя. «Любовь без мудрости быстро превращает женщину в бесплатную круглосуточную службу спасения» 😄 Сегодня спросите себя: «Что я слишком долго держу внутри?» И второй вопрос: «Что я хочу оставить в сентябре, чтобы в октябрь войти полегче?» Можно поплакать, если плачется. Можно написать на бумаге. Можно просто честно признать себе: «Да, мне это было больно». А потом не тащить всё дальше только потому, что привыкли. Пусть 30 сентября станет не днём грусти, а женским днём освобождения, тёплой поддержки и возвращения к себе. Иногда новая сила начинается не с того, что мы ещё крепче сжали зубы. А с того, что наконец позволили себе выдохнуть.