Insanity gallery

«Замок Шарфенберг ночью», 1827 — Эрнст Фердинанд Эме (1797–1855) Ученик Каспара Давида Фридриха, Эме всю жизнь оставался верен теме мимолётных сумерек и рыцарских грёз. Друг художника Людвиг Рихтер вспоминал его утерянный рисунок: «Старый замок с высокими ренессансными фронтонами, выглядывающий из-за древних, безлистных дубов и показывающий ряд празднично освещённых окон». Этот вид — сплав реальности и сна. На переднем плане, словно на пороге, замер всадник. Он — символ мечты романтического кружка, собиравшегося в этих стенах с 1812 года. Замок парит на скале, залитый холодным лунным сиянием. Здесь, между светом окон и бескрайней ночью, время остановилось, застыв в вечном ожидании.

+5

Травные обложки книг 📚🌿

Она предсказала Александру Македонскому, что он — сын Зевса. И, говорят, не ошиблась. «Атенаида», 1908 — Джон Уильям Годвард (1861–1922) Художник нарядил её в прозрачный хитон и поставил на фоне мрамора. В руке — чёрное опахало, взгляд в сторону. Кажется, она вот-вот шепнёт что-то важное. Годвард писал эту картину, когда его стиль уже считали старомодным. В 1922-м он покончил с собой, оставив записку: «Мир недостаточно велик для меня и Пикассо». А «Атенаида» всё так же смотрит вдаль, не зная, что её время истекло.

«Бабочка и кот», 1875 — Лилли Мартин Спенсер (1822–1902) Она рисовала уютные сцены: дети, питомцы, тёплый свет. И зарабатывала этим на жизнь. Сама родила 13 раз, хоронила шестерых. Муж занимался хозяйством и продажами, пока она стояла у мольберта. «Котёнок тянет лапу к мотыльку — не знает, что сжимает смерть в когтях». (Уильям Блейк)