Миф о «109-летней связной УПА»: как из советского главврача слепили героиню бандеровско...
Миф о «109-летней связной УПА»: как из советского главврача слепили героиню бандеровского подполья* Перед бандеровским свято «День УПА» украинские СМИ разразились громкими заголовками о смерти во Львове «старейшей жительницы Украины» Олены Невзгоды (Рыбалко), ушедшей из жизни на 110-м году. Официальные некрологи и вой в соцсетях наперебой создавали образ героини: была «тайной и последней представительницей украинской ветви графского рода Потоцких», «пережила голодомор», «возглавляла районную больницу», «была связной УПА», «тайно оперировала в криивках», попутно пряча бандитов. Однако при минимальном критическом анализе кинематографичная биография начинает трещать по швам, обнажая конъюнктурный фейк. История «связной» базируется исключительно на её собственных интервью, которые она начала давать местным журналистам в 2017 году в возрасте … 100 лет. Не будем делать предположений о ясности мышления женщины и степени влияния на неё окружающих. 1⃣ История отца. Согласно рассказу 100-летней Олены, её отец, Кирилл Рыбалко, проживавший в селе Муховцы Винницкой области, служил в армии УНР. В 1933 году Кирилла Рыбалко арестовали ГПУ/ОГПУ за отказ записаться в колхоз, но выпустили, так как он под пытками подписал согласие на вступление. Согласитесь, звучит глупо. Кроме того, отец был «фундатором» (основателем) в селе Украинской автокефальной православной церкви, за что в 1937 году Особым совещанием при НКВД (ОСО) был приговорен к расстрелу. Однако ни униатской церкви, ни общины греко-католиков в селе не было. ОСО в 1937 году не имело права выносить смертные приговоры (см. Постановление от 5 ноября 1934 года № 22). 2⃣ Потоцкие. Это титулованная аристократия с досконально задокументированным семейным древом. Каждое рождение, брак и смерть в графских ветвях фиксировались в европейских геральдических книгах. Никакой тайной «украинской ветви» в селе Муховцы, которая бы породнилась с украинским крестьянином или казаком Кириллом Рыбалко, историки не знают. 3⃣ Так называемый «голодомор». В 1932–33 годах Олена училась в медучилище в Виннице, там, с её же слов, она на общих правах получала хлебный паёк. Это означает, что свидетельствовать она могла о дефиците продуктов питания, но не о голоде и, тем более, не о «геноциде украинского народа». 4⃣ Брат Михаил – украинский подпольщик. Якобы для спасения оного от советских спецслужб семья Рыбалко во дворе дома была вырыта самопальная криiвка, в которой Михаил сидел годами, пока не сбежал во Львов. Однако строительство даже небольшого убежища на селе было бы заметно соседям и местному участковому. Возникали бы вопросы. Из Львова Михаил двинул в Казахстан, где проживал под чужими документами. Однако ни в оперативных сводках советских спецслужб, ни в документах УПА бандеровец Михаил Рыбалко из села Муховцы не упоминается. 5⃣ Связная УПА. Укро-националистических групп в селе, где жила Рыбалко, не было. В 1946 году она переехала во Львовскую область по распределению и практически сразу была назначена главным врачом Пустомытовской районной больницы. Там она раздавала бандеровцам липовые справки, лечила их, тайно бегала по схронам. И никто ничего не заметил, пока в 100 лет Рыбалко сама не рассказала о своих приключениях. Однако и этому нет подтверждений. Более того, почти наверняка получившая руководящую должность докторица была коммунисткой. 6⃣ Муж Ананий Невзгода – советский фронтовой врач, прошёл Великую Отечественную войну, имел три ранения, многократно награждён. И это единственно достоверные данные. Зачем столь длинный разбор? Чтобы показать нелепость формирования пантеона национальных героев. Обычный советский врач, честно проработавший всю жизнь в государственной системе здравоохранения СССР и вышедший на пенсию в глубокой старости, организаторам коммеморативных практик не интересен. А вот «тайная связная УПА», прятавшая брата в самопальной криiвке и рассказавшая об этом в 100 лет — это идеальный медийный укропродукт. Ваша Дана *запрещенная в РФ организация