Глава 71. Время собирать камни — 2 августа 2026 г. в 17:00:00.803
Глава 71. Время собирать камни Прошло шесть лет Вера отвела Юрика в детский сад, а сама побежала на работу. Санитаркой работала в доме для престарелых и инвалидов. А где ещё-то? Институт она так и не смогла окончить. Всё разом навалилось на её хрупкие плечи. Муж в тюрьме, отец умер. Мать пришлось определить сюда, в этот дом-интернат. Не потянула бы Вера уход за ней. Ведь Люба после инсульта выкарабкалась, да только не человек она, овощем стала. Вся их семья держалась за счёт отца и его должности. Друзья, знакомые важные были. Привилегии разные, блат. Всё испарилось как дым. Ничего не осталось. Квартира только, да Вера с Юриком. — Прибежала? — напарница Веры взглянула исподлобья на девушку — у меня день рождения сегодня. Стол соберу. Присоединишься? Вера пожала плечами. Она с коллективом как-то не очень сошлась. Все они старше неё, битые жизнью. Другие здесь и не работали. Все знали, кто у Веры отец был и что произошло. Сами сторонились её, будто прокажённая она какая. Уйти бы в другое место, да нельзя. Мама здесь. Вера каждый день забегала к ней. По руке гладила, в глаза смотрела. Только Люба, казалось, вовсе не помнит её и ни на что не реагирует. Уж сколько слёз Вера в подушку пролила, один Бог знает. Рухнул её такой хрупкий и светлый мирок, в котором она жила за папой и за мамой. Теперь вот одной выживать да Юрика воспитывать. О Фёдоре не вспоминала. Тогда на суде, когда он с ненавистью посмотрел на неё после оглашения приговора, у Веры всю любовь к нему будто бурным потоком воды смыло. Из здания суда вышла она на ватных ногах и домой поспешила. Юрика в тот день с соседкой оставляла. Умерло будто внутри что-то. Никаких чувств и эмоций. Жила все пять лет как робот, механически выполняя привычные действия. На развод подала потом. Вычеркнула Фёдора из своей жизни и из жизни сына, сменив ему отчество на своё и фамилию тоже. Тяжело было. Иной раз в холодильнике ни крошки. Юрику, спасибо, сердобольная соседка отдавала старенькие ношенные вещички от своих мальчишек, которые давно выросли. Вере от неё самой кое-что перепадало. Элга жалела Веру и осторожно намекала, что тяжело вот так одной-то. Мужичка бы ей какого. Не обязательно жениться, нет! Можно же и так, для редких встреч. Но чтобы такого, от которого польза будет, а не только лишь нужду справлять. Вера только отмахивалась. Никто ей не нужен. Сама как-нибудь. Юрик подрастёт ещё чуть, и в школу. Время быстро пролетит. Иной раз накатывала истерика. При сыне слёз Вера старалась не показывать, а вот как спать его уложит, так и ревёт в сжатый кулак белугой. На предложение своей напарницы она неожиданно согласием ответила. Пятница, конец недели. Стол соберут после обеда. Посидит немного, а потом за Юриком в сад побежит. Работать ей тут и работать незнамо сколько. Чего уж теперь от коллектива отделяться и строить из себя ханжу. Устала Вера от одиночества. — Мам, как ты тут? А я вот к папке собираюсь на кладбище в воскресенье. Давно не была у него. Всё работа, мышиная возня. То Юрик болел, то сама. Вроде и весна, тепло. Вера всегда так с матерью разговаривала. Слышит она или нет, понимает или нет — неважно. Девушке выговориться нужно было. Так на душе спокойнее. А потом она шла полы мыть да грязное бельё тащить на прачку. Вере разрешали мать самой перестилать да из ложки кормить. Директор дома-интерната на уступки пошёл, предупредив, чтобы всё это было не в ущерб основной работе. Так и ухаживала Вера за мамой, испытывая чувство вины, что в казённые стены сдала её. Но иного выбора у неё не было. — Проходи, Верунчик — пригласила её напарница Света, не успела девушка войти в подсобку, где накрыли импровизированный стол, музыку негромко включили. Света суетливо Вере стул притащила, тарелку с салатом пододвинула да с картошкой, рюмку наполнила водкой.