— Тебе задание: вызвать мужа на час, — сказал редактор. — Они стали бешено популярные, ...
— Тебе задание: вызвать мужа на час, — сказал редактор. — Они стали бешено популярные, надо статью писать. — И что с этим мужем делать? — оторопела я. — Да что хочешь! Ты же одна живешь? Хочешь — полочку прибить, хоть унитаз починить. Ну ладно. Позвонила по одному номеру, ответила женщина явно пенсионного возраста: — Девушка, вам мужа на час? Это к нам, к нам, вы не ошиблись, — защебетала она интимно-ласково. — Наш Николай сделает все по высшему разряду… Останетесь довольны! Звучало это все донельзя развратно, и я даже боялась открывать дверь: что там за надомник такой волшебный, от которого женщины млеют? В общем, дзынь! На пороге стоял мужчина лет пятидесяти. Вот я ростом метр с кепкой в прыжке, а он — без прыжка. И без кепки. На руках нет двух пальцев, во рту — половины зубов, очки с толстенными линзами, с собой — гигантский короб со всякой всячиной. — Я Николай, — представился гость. — Чаю не предлагайте, я только что пил. Переобулся в принесенные тапочки, деловито осмотрелся и резюмировал: — Часом тут не обойтись. — Почему? — удивилась я. — Мне только полочку прибить… — Прибить надо тех, кто эту полочку делал, — отрезал мастер. — Видите: тут криво, тут неплотно, тут надо вообще другое крепление. Но это я вам поправлю у себя в мастерской. А пока посмотрю розетки, плинтуса вон приколачивать надо нормально, у холодильника ножку отрегулировать… Николай утюжил мою квартиру в поисках недоделанного, отломанного и отклеенного. Кот предупредительно залез на шкаф. Он тоже был недоделанный, но ремонтироваться отказывался. Я только потом узнала, что Николай этот — бешеный фанат порядка. С этой целью учился на сантехника, электрика, слесаря и плотника. Чинит все подряд, где-то походя, где-то вдумчиво зависает — и фиг его оторвешь. Можно исполнить танец с саблями, но, если он решил заглянуть в нутро розетки, отвлечь его невозможно. Разве что на проверить саблю — ровная она или надо править. Старушкам покупает запчасти за свои деньги, а то не сможет спать, думая, что где-то в темной-темной комнате стоит старый-старый шкаф с неплотно закрытой дверцей. Я бы людей с такими маниями не лечила, а охраняла государством. А его теща — телефонный оператор — приспособила родственника заколачивать деньгу. — Сантехника работает хорошо, — одобрил Николай и рассказал потрясающую историю из серии «богатые тоже плачут». У одной его клиентки из трехэтажного особняка случилось горе. Сломался унитаз. Но не как у нормальных людей, а особо трагически. Дело в том, что японский агрегат обеспечивал полный сервис: когда процесс завершался, он омывал доверенное ему богатство водной струей индивидуально подобранной интенсивности и температуры. Как-то он отличал эти округлости. То ли по весу, то ли по оволосению. И вдруг перестал узнавать! А настраивать параметры каждый раз заново — тяжкий, изнурительный труд. — А я ведь в электронике пока не понимаю, не научился еще, — интимно поделился Николай. — Но разобраться хотелось! Интересно! Хозяйка дала инструкцию — у меня от УАЗика потоньше будет, — а там вроде по-русски, но слова все незнакомые… Я ткнул какую-то кнопочку, свет загорелся, что-то пискнуло… Думал — все, придется квартиру продавать, чтобы расплатиться. Оказалось, обратно настроилось. Меня хозяйка потом опять звала — там можно было, оказывается, еще музыку сделать… Но я не пошел. Второй раз могло не повезти. (Про музыку вообще идея, кстати, богатая. Чтобы все три этажа знали: если Шопен пиликает — все в штатном режиме, если долбанет Вагнер — омары были некондиционные, а если пятая симфония Чайковского — паркуйте вертолет и пакуйте в него пациента). Короче говоря, полочку Николай принес и приделал на другой день. И деньги взял только за нее — мол, договаривались на этот фронт работ, а остальное «я так… между делом». Храни Господь таких блаженных. Нам в редакцию старушки потом звонили четыре года. Требовали Николая. Некоторые — чтобы с ним жить. Sally Ks