Женщина с прокурорской выправкой сменила имя, веру и образ, а общество получило повод д...
Женщина с прокурорской выправкой сменила имя, веру и образ, а общество получило повод для спора Я смотрел этот разговор позже, когда шум в сети уже стал плотным. Ксения Собчак встретилась с Натальей Поклонской — теперь Радведой — на своём канале «Осторожно: Собчак». Зрители бросились обсуждать кожу, парики, готику, странные образы. Мне же важнее было другое: как человек, которого мы привыкли видеть в мундире, рассказывает, что внутри у него давно другая жизнь. Я не был в студии и не знаю, что осталось за кадром, но даже по записи чувствуется: эта женщина давно живёт на границе между публичностью и тревогой. В 2014 году она стала прокурором Крыма. Тогда её называли «няш-мяш», и этот образ прилип к ней, как чужая одежда. Потом был депутатский мандат, работа послом в Кабо-Верде, должность советника генерального прокурора России. Но за этими строчками — не только кабинеты и поездки. За ними — быт под охраной, проверенные маршруты, билеты на имя, которое приходится менять, чтобы запутать тех, кто идёт по следу. Она говорит, что в 2014 году поставила под угрозу жизнь семьи. Дочь пытались украсть. Двенадцатый год она живёт под охраной. Преступники получают деньги за слежку и даже за установку взрывных устройств. Эти слова звучат буднично, и от этого становится страшнее. В 2025 году она сменила имя. Не для сцены, не для эпатажа. Она не собиралась говорить об этом публично. Но журналист Сергей Ключенков, известный как Мардан, обнародовал фрагмент материалов дела в Гагаринском районном суде Москвы. Он был ответчиком по иску о защите чести и достоинства: Поклонская судилась с ним из-за фейкового видео. Так частное стало общим. В интервью она объяснила: много ездит — в Крым, в Москву, в другие регионы. Билеты оформляются на имя. Новое имя — способ запутать преследователей и защитить близких. Она боится украинских радикалов и преступных элементов, которые действуют за деньги. Осенью 2025 года она объявила, что оставила христианство и авраамические религии. Представители РПЦ критиковали её, говорили о ведьмовстве. Она не отвечала. А потом сменила имидж, отказалась от афрокосичек. В разговоре с Собчак подтвердила: язычество. Это не вспышка и не каприз. Это долгий внутренний путь. Крещение в детстве — выбор родителей, не ребёнка. Она прошла христианство от начала до конца, знает его изнутри. В сорок лет приняла новое решение. Она сказала, что, по сути, ничего не произошло, кроме того, что она живая. Все люди меняются. В этих словах нет бравады. Есть усталость и право дышать. С осени она поздравляет россиян в соцсетях с языческими и неоязыческими праздниками. Напоминает: Россия — многоконфессиональная страна, ни одна религия не запрещена. На вопрос о возможном участии в выборах в Госдуму отвечает уклончиво: думает, куда идти дальше, есть предложения по политической карьере, но говорить об этом она не уполномочена. Собчак предложила три образа. Один — с кожей, в духе ночного портье, почти ньютоновский. Второй — деловая, красивая депутат и политик. Третий — женщина-Чингисхан, языческая готика. Ксения сказала, что этот образ идёт больше всего: мистический и сильный. Поклонская согласилась: он отражает новую философию — связь с природой и силой предков. Кожаный костюм с париком вызвал сдержанное: слишком, но ради искусства можно. Исторический камзол из «Матильды» вернул к прежней увлечённости Николаем II. Она признала: тогда была другой, верила в монархические идеалы. Сейчас её мир изменился. Большую часть разговора она провела в классическом деловом костюме. В сети спор получился полярным. Кто-то поддержал, кто-то требовал оставить пост советника генерального прокурора. Кто-то заметил, что у самой Ксении образ напоминал косплей Галины Сергеевны. Но за внешним шумом многие пропустили главное: перед нами не просто чиновник в неожиданном наряде. Перед нами человек, который устал жить по чужому сценарию. Я смотрел на неё и думал, что мы часто хотим задержать человека в одном образе. Прокурор.