Сны бывают разные, в том числе и те, от которых долгое время не можешь отойти. Хочу рас...
Сны бывают разные, в том числе и те, от которых долгое время не можешь отойти. Хочу рассказать об одном из таких. В этом сне я не могла выйти из лабиринта. Вокруг были голые холодные серые стены, с которых стекала вода. Вода капала с потолка и была под ногами.Темно, только где-то вдалеке брезжил слабый свет. Я пробираюсь к этому свету, а он не приближается, а, наоборот, удаляется. И куда бы я ни пошла - почему-то везде передо мной стоит гроб. Проснулась и не могу понять, где нахожусь, ощущала себя полностью вымотанной. Лабиринт во сне — это к безвыходному положению, и я стала ждать, что же со мной может произойти. Приехала на работу в университет, мне сказали, что у одной сотрудницы после инсульта неожиданно умер муж. В день похорон я пошла, чтобы передать родственникам денежную помощь, но зайти в квартиру покойного побоялась. Во дворе стоял автобус, там сидели люди, меня кто-то позвал. Я вошла в салон, двери закрылись, автобус тронулся и я оказалась в числе провожающих, хотя не хотела ехать, так как у меня очень болел зуб. Приехали к кладбищу. Очень старое еврейское кладбище, где хорониоли с ХVlll века, заросшее травой и деревьями, с очень высокими оградами и памятниками до трех метров. Пробираемся через эти жуткие заросли. Я обратила внимание, что на гробе сидит какое-то страшное черное насекомое длиной семь или восемь сантиметров. Раньше никогда таких не видела. В тот день дул сильный знойный ветер - так бывает, когда цветут тополя. Я боялась, что ветер сдует это насекомое на меня. Опустила голову и вдруг ощутила легкое касание к голове, смотрю, а насекомого на гробе нет. Я закричала так, что, наверное, разбудила мертвецов XVlll века. Находившиеся рядом женщины меня осмотрели насекомого не было. Пришли на место погребения. Народу собралось много. Муж сотрудницы был очень уважаемым человеком, все его любили. Полились длинные речи. Я держала за руку жену усопшего. Неожиданно из носа покойника стала сочиться кровь. Жена вытирала ее платком и потом этой же рукой хваталась за мои руки. Понимаете мое состояние? Стояла жара, от тополиного пуха, который лез в глаза, нос и рот, а также от зубной боли и всех прочих ощущений меня начало трясти. Я не выдержала и сказала супруге покойного, что мне надо уйти и что я приду поминать ее мужа на сороковой день. Пришла домой, выпила успокоительные капли, приняла душ. Меня продолжало трясти, и я мерзла. Укуталась с головой в одеяло и попросила мужа (хотя мы были в разводе, но жили вместе) обнять меня сзади, так как не могла побороть свой страх.Он обнял, и так я проспала до утра. Утром поехала удалять зуб. От всего пережитого наркоз на меня не подействовал. Я с силой упиралась в ручки кресла, терпела. Прошло сорок дней. На поминки меня не пригласили. Но в ночь перед ними я во сне снова не могла выйти из лабиринта — везде натыкалась на гроб. Опять проснулась в страхе. На работе рассказала о своем сне коллеге, она говорит: — Что же он к тебе пристал? Наверное, потому что ты обещала прийти на сороковой день, надо было выполнить свое обещание. Видимо, так и произошло: тело умирает, но душа остается живой, и эта душа слышала, когда я говорила, что приду на сороковой день, Покойный ждал меня (мы хорошо знали друг друга), а во втором сне показал обиду и недовольство. Со временем я успокоилась. А свои обещания теперь стараюсь выполнять.