С Марией — родной сестрой моего мужа Владимира — и ее мужем Валерием мы крепко дружили....
С Марией — родной сестрой моего мужа Владимира — и ее мужем Валерием мы крепко дружили. Вместе растили детей, отмечали все праздники, ездили в отпуск. Что такое крепкая семья, когда каждый готов стоять за другого горой, мы знали не понаслышке. Когда Валера попал в больницу после падения с высоты (он шабашил на стройке и сорвался вниз с четвертого этажа), Маша места себе не находила. День и ночь она не спала, ходила кругами по дому и плакала. Иногда мне удавалось заставить ее прилечь на часок, пищу чуть ли не силком приходилось ей в рот засовывать, но сменить вектор ее мыслей никому не удавалось. К большому счастью Валера поправился, а вместе с ним «ожила» и Маша. Беда в их семью снова пришла лет через 16 — у Валеры случился инсульт. За ним, лежачим, ухаживала жена, да и мы с Володей не остались в стороне. В тот день я сварила целую кастрюлю бульона и понесла его родственникам (у самой Маши не было сил на готовку). Подходя к калитке дома супругов, увидела Валеру. Мертвенно-бледный, со стеклянным взглядом, он прошел мимо меня, но даже не посмотрел в мою сторону, не обернулся. Тут из дома послышался раздирающий душу крик Маши. Позабыв обо всем, я бросилась туда. Прямо в обуви вбежала в большую комнату, откуда уже доносился плач Маши. Склонившись над телом любимого мужа, она билась в истерике. Только после похорон я осмелилась _ рассказать Маше, что видела Валеру (точнее, его душу) уходящим от дома. — Что ж, надеюсь, там, где он сейчас, лучше, чем в нашем мире, — сказала она. Мне тоже хочется верить, что Валера обрел покой на новом месте.