После всего пережитого Алла решила посвятить себя чужим детям. Получила образование пси... — 21 июня 2026 г. в 16:51:01.057
После всего пережитого Алла решила посвятить себя чужим детям. Получила образование психолога. Работала пару лет в школе, но там было больше бумажной работы, чем реальной помощи детям. Подруга позвала её в медицинский центр, где она уже через полгода встретила Костю и Кирилла. ― Ты мне не мать! ― сразу заявил ей пасынок. ― Я не претендую. ― Тогда не лезь в мою жизнь. ― Ни в коем случае! ― пообещала мачеха. И потихоньку приручила Кирилла. Он принял её, но был с ней всегда холодным, грубоватым. Отец делал ему замечания, но сама Алла не обижалась: прекрасно понимала причины такого поведения и не давила. Через два года случилась беда: Костя скоропостижно скончался от инфаркта. Кирилл это переживал очень тяжело. Алле тоже было очень больно, но она не разрешала себе быть слабой. У нее теперь был пасынок. ― Ты никогда не любила отца! ― обвинил он её однажды. ― Зачем ты так говоришь? Тебе будет легче, если ты сделаешь мне больно? ― Да, мне будет легче. ― Тогда говори дальше! ― Не хочу с тобой разговаривать! Не хочу тебя видеть! Ты всё время делаешь вид, что всё нормально, всё хорошо! А ничего хорошего нет! Разве это нормально ― что родители умерли оба? Я должен, по-твоему, это принять? ― У тебя нет выбора, Кирюша. ― Есть! Я против этой системы! Я никогда не приму таких условий, при которых мы должны смиряться! А ты блаженная! Просто блаженная дура! ― Возможно, ― спокойно ответила она. ― Но я тебя прошу, пожалуйста, не выходи сегодня никуда с этим Стасом. ― Ты его не знаешь. ― Зато я знаю тебя. У вас с ним ничего общего нет. Кирилл, он же просто пользуется тобой. Ты ему деньги даёшь. ― Не твоё дело! Это мои деньги! Стас мой друг, он меня понимает. Он тоже отца потерял. ― Его методы лечения тебе не подойдут. ― Всё-то ты знаешь! Зато твои методы всем подходят! Папы нет, а я должен жить, как ни в чём не бывало? Не хочу, понимаешь ты! Я не буду в системе. Она лживая! Я за анархию! ― В смысле, за прожигание жизни? За алкоголь, наркотики? ― Не надо! Мы не употребляем! Но если захотим ― будем! ― Кирилл, ты понимаешь, что тебя просто заберут у меня, если ты попадёшься со своим этим экстримом? Ты должен ходить в школу! ― Заберут? Пусть! Я сбегу! С этими словами Кирилл ушёл, хлопнув дверью. Такие диалоги у Аллы с Кириллом случались нередко. Но сегодня вечером он ушёл молча, и это пугало ещё больше. Когда позвонили из полиции, она вздохнула с облегчением: главное ― жив. * * * В отделении полиции Кирилл держался смело и дерзко. Алла поняла, что пасынок что-то принимал. В полиции, конечно, тоже догадались. ― Здравствуйте. Я опекун Кирилла Любимцева, ― представилась Алла полицейскому, который составлял протокол. ― Что же вы так плохо следите за подопечным? ― упрекнул он. ― Простите. Так вышло. Скажите, что произошло? Оказалось, Кириллу наваляли за благородство: друг Стас, накурившись травы, начал оскорблять бездомного деда, который случайно попался им на пути. Кирилл за деда вступился, а Стас начал оскорблять уже его: таким же, мол, будешь, а может, это папашка твой? Инсценировал смерть, а сам… Кирилл врезал другу в нос. Но Стас был старше и крепче. Он свалил Кирилла на землю и бил ногами. Повезло, что дед начал звать на помощь. Алле с большим трудом удалось убедить майора не указывать в протоколе состояние Кирилла. Через час она уже везла пасынка в машине домой. Он молчал и клевал носом. Алла тоже молчала. Утром он сказал: ― Прости меня. Я дурак. Ты была права. ― Ты не дурак. Ты у меня рыцарь, ― улыбнулась мачеха. ― За благородство ― хвалю. А вот за траву ― нет. Это опасно, Кир! ― Я не буду больше, ― мальчик смотрел на неё виновато. Он боялся. Через три дня Аллу и Кирилла навестили. Когда в коридор вошла высокая черноволосая женщина с острыми чертами лица, у Аллы сжалось сердце. Посетительница была в погонах. С ней была молодая, но очень суровая помощница. ― Мы из опеки. Получили сигнал из полиции. Теперь нам необходимо провести социальное расследование. ― Проводите, ― испуганно ответила Алла.