Орала вечером благим матом рябая Варвара, когда Сёмка её вожжами волтузил, на коленях с... — 15 июля 2026 г. в 16:56:00.483
Орала вечером благим матом рябая Варвара, когда Сёмка её вожжами волтузил, на коленях стояла, за ноги цеплялась, молила Христом Богом, а через два дня опять сплетни про Веру понесла, подлая баба, а всё же жалеют Варвару, а не Веру, из-за неё Сёмка, из-за Верки этой Варвару лупцует. Дошло до того, что перестали Саньку с Верой в гости звать, один приходи, а с женой нет. Начал Санька попивать немного, да жене то леща даст, то ткнёт, то щипнёт. На свадьбу к Санькиной сестре двоюродной поехали, в соседнее село, так еле живая добралась до дома Вера, даже свекровь напугалась, а уж Санька как проспался, то и вовсе, волком выл и волосы на себе драл. Избил он свою Веру, все мужики, мол, пялились на неё, а ему стыдно от этого было. Вот он её и возюкал все двенадцать вёрст, то пинал, то впереди лошади заставлял бежать, подгоняя кнутом, раз по лошади, два раза по Вере. Ночью вышло из Веры что-то, вся кровью залилась, пока пьяный Санька спал, фельдшер, за которой сбегала свекровь, сказала, что ребёнок вышел, выкидыш. И будут ли дети ещё у Веры, то на воде вилами писано. Выл Санька, волком выл, пальчики Верочке своей целовал, на мать прицыкнул, сказал хоть слово против жены ему или кому скажет придушит. Вот так -то мать родную и придушит, но послушала старая, старалась язык на замке держать. А через пару месяцев на концерт в клуб пошли, Вера пела хорошо, да Санька ни-ни, не разрешал, ну вот пошли, а там приезжие из района и один Веру увидел, аж ножками засикотил. -Вера Алексеевна, вы ли? -Я, Андрей Парфёнович. -Красавица вы наша, а мы все гадаем куда вы подевались? А вы в глуши, здесь... -Да, вот замужем, муж мой, Александр Максимович Иголкин. -Иголкин? Это не тот ли Иголкин, комбайнёр, стахановец? -Да, это мой муж... -Даааа, вон как судьба распорядилась. Что же, желаю счастливой жизни, с комбайнёром и стахановцем, Александром Максимовичем Иголкиным... -Спасибо, вам тоже счастливо. Заело Саньку, чем он хуже этого лощёного? Зарабатывает хорошо, может позволить жене не работать, а дома...Дома сначала допрос Вере учинил, а потом...Потом по лицу ударил, в плечо толкнул и под дых дал. Закричала Вера, словно птица раненая, да выскочила в чём, была, убежала вдоль по улице. Не погнался Санька за ней, а куда ей деваться? Ну побегает, к речке может спустится, повоет у ветлы, да домой и вернётся. А бабу, её учить надо, тогда шёлковая будет. Выпил ещё самогона и спать завалился. Проснулся утром, башка трещит. -Вера...Верочка, дай рассольчика, милая. Тишина, мать у сестры третий день в гостях, а где же Вера? В магазин может пошла? Так туфли вон стоят и плащик висит и сумочка, ну да, сумочка, модная она у него, жёнушка, сумочку всегда с собой носит, там ничего такого, в той сумочке, он Саня сам смотрел. Кошелёчек маленький, зеркальце, что нос не увидишь, пудра какая-то, да помада, а ещё духи маленькие. Пойдут куда, она Вера вот с этой сумочкой. -Та на чёрта она те сдалась, Вер? -Так положено Санечка, - смеётся. -Та, кем положено, Вера? Не видал ни одной бабы в деревне чтобы с собой авоську носили, ха-ха-ха, - смеётся Санька. Может Вера наконец-то начала как все бабы, нормально ходить в магазин, с авоськой в кармане? Вера не пришла через час, и к обеду, а к вечеру всё село знало, что от Саньки Иголкина жена сбежала с городским полюбовником, ждал он, мол, её, в защитке, что в конце села. Подхватил на руки, то кружил, то целовал - миловал, сели в машину чёрную и уехали. Кто это сказал? Так рябая Варвара. Многие видели, как бежала в слезах, босая, в одном разорванном платьишке Вера, как выбежала на дорогу и упала, как раз артисты, что из района приехали, отъезжали от клуба, выскочили, на руках её без чувств в автобус занесли и уехали, но... Вера чужая, а Варвара рябая и Санька, и тётка Прасковья, Санькина мать, они свои. Ну и что? Подумаешь, погонял мужик немного, знать за дело... Через две недели приехали хмурые, здоровые ребята, братья Верины и тётка с ними Верина, за вещами и документами. -Смотри, не приезжай лучше