Повод к вызову скорой помощи — перебои в работе сердца у ребёнка 14 лет.
Повод к вызову скорой помощи — перебои в работе сердца у ребёнка 14 лет. Приезжаем на место вызова. Нас встречают, и мы заходим в комнату, где находится много детей и взрослых. В комнате довольно шумно. На диване лежит подросток, который показывает мне рукой: «Это ко мне, это меня вызвали скорую помощь». Спрашиваю, что его беспокоит. Дышит он совершенно ровно. Говорит, что у него давящие, сжимающие и колющие боли в области сердца. Также жалуется на сильную одышку, особенно после подъёма по лестнице на второй этаж. Со слов матери, никаких хронических заболеваний у него нет. Мальчик также жалуется на то, что у него очень сильно бьётся сердце. Мы измеряем давление, снимаем кардиограмму и проводим все необходимые обследования. Я не детский врач-педиатр и тем более не кардиолог. Несмотря на то что ребёнок, на мой взгляд, абсолютно стабилен и проблемы у него, вероятнее всего, психосоматические, я не имею права брать на себя такую ответственность и утверждать, что с ним на сто процентов всё хорошо. Я не обладаю рентгеновским зрением, поэтому объясняю: чтобы исключить патологию, необходимо поехать в больницу. Тем более что жалобы сохраняются уже третий день. И тут начинает возмущаться его мать. — Вообще-то я вас не для этого сюда вызвала! Вы должны были его успокоить, а вы его сейчас ещё больше запугали! Я отвечаю: — Женщина, извините, я никого не пугала. — Нет, вы пугали! Вы сказали, что нужно ехать в больницу! — Да, чтобы точно убедиться, что с ним всё хорошо. — Но вы должны были его успокоить! И знаете, в этот момент она разговаривала со мной как с прислугой, которую, если она немедленно не сделает то, чего от неё хотят, будут пороть розгами. Я услышала и угрозы написать на меня жалобу, и заявления о том, что моей квалификации недостаточно, чтобы делать подобные выводы. И это при том, что перед тем, как сообщить такую информацию, я должна была вывести мать из комнаты. Честно говоря, с таким я столкнулась впервые. Но ребёнок очень хотел поехать в больницу. Он прямо говорил: — Мамочка, я тебя умоляю, пожалуйста, поехали в больницу! Она отвечала ему: — Да сейчас я тебя свожу к нормальным московским врачам, и всё будет хорошо. Что ты переживаешь? В общем, между матерью и ребёнком началась словесная перепалка. К разговору подключились другие дети и какие-то посторонние люди, которые вообще непонятно кем им приходятся. Я ещё раз объяснила женщине, что исключить патологию можно только в больнице и никто не будет удерживать их там насильно. Если всё хорошо, они спокойно поедут домой. В конце концов мать сменила гнев на милость и согласилась поехать с нами. Мы запросили для ребёнка место в больнице и отправились туда согласно маршрутизации. А я всю дорогу сидела и думала. Иногда — конечно, не всегда — люди, которые зарабатывают чуть больше среднего и пару раз фотографировались с известными личностями из Минздрава, начинают ставить себя выше других. Между прочим, фотографиями с этими людьми женщина тыкала мне в нос. Почему-то некоторые искренне верят, что вокруг них всегда должна быть прислуга. Давайте обсудим в комментариях, что вы думаете по этому поводу. И, конечно же, спасибо за ваш лайк: он поддержит меня как рассказчика.