Во время эпидемии чумы 1901–1902 годов под его руководством производится полная дератиз...
Во время эпидемии чумы 1901–1902 годов под его руководством производится полная дератизация Одессы или, как в то время говорили, крысоистребление. Черные крысы поступали большей частью через порт. Доктор называл их «пароходными». По требованию Николая Федоровича от крыс очистили 42 судна. Одновременно с этим были созданы отряды по уничтожению городских особей. Крысоистребители отлавливали их по большей части по подвалам. Трупы сжигали. Крысоистребление продолжалось без малого две недели. И все. Крыс больше в городе нет. И зараза отступает. Холера, оспа, тиф, сибирская язва, чума, туберкулез (доктор называл его возбудителя – палочку Коха – «своим любимым микробом») – все это для Гамалеи родная стихия. Он чувствует себя в ней так же комфортно и уверенно, как в легком прибое у пляжа Большого Фонтана. На пляжи, впрочем, времени не остается. Все отнимают эксперименты. В 1908 году, например, Гамалея доказал, что сыпной тиф передается – кто бы мог подумать? – через обычных головных вшей. Ради таких моментов стоит жить. А в Баку и Эривани эпидемия холеры распространяется через турецкие бани с их небольшими бассейнами с теплой стоячей водой. За день через такой бассейн проходят сотни человек, а некоторые сидят там часами. Оздоравливаются. Так, по мелочам складывалась картина эпидемий. Николай Федорович на собственные деньги издавал просветительский журнал «Гигиена и санитария». Он же был в этом журнале и главным редактором. Всех дел не перечесть. Гамал-ага В 1912 году Гамалея перебирается в Санкт-Петербург. Одесса уже не его уровень, он будет жить в столице. Николай Федорович руководит оспопрививательным институтом имени Дженнера, он – главный бактериолог Медицинского Совета и глава им же созданного общественного добровольного объединения докторов, которое следило за санитарным состоянием столичных ночлежек. Называлось оно «Совещанием ночлежных врачей». Почти «Ночной дозор». Гамалея явно был романтиком. А в 1928 году Николай Федорович перебирается в Москву. Гамалея отныне привязан не к месту, а к статусу места, если столица государства переезжает с берегов Невы на берега Москвы, он, пусть и с некоторым опозданием, двигается следом за ней. Под его руководством впервые производится всеобщая прививка от оспы, совершается множество других нужных мероприятий. Страна надолго, вплоть до 2020 года, забывает о том, что такое ужас пандемии. В войну Николая Федоровича эвакуируют в Казахстан. Он и там сразу же принимается за свое, просто не может иначе. Пишет: «Мне во время Великой Отечественной войны удалось в эвакуации устроить лабораторию для продолжения своих исследований по туберкулезу, которые привели к некоторым положительным результатам». Местные жители его любили, звали почтительно – Гамал-ага. Почетные трибуны, закрытые распределители, благосклонность властей. Его голову венчает модная, кокетливая шапочка ученого. Но не это главное. Доктора окружают все те же враги – холера, чума и так далее. После «испанки» к ним прибавляется грипп. Издает книгу за книгой. Названия не отличаются витиеватостью: «Корь», «Оспа», «Оспа и оспопрививания», «Бешенство», «Грипп и борьба с ним», «Крысы и борьба с ними». А его сын Федор, военврач, тем временем сидит в тюрьме, в камере смертников. Обвинение нешуточное – Федор Николаевич, якобы, задумал отравить реку Амур и был приговорен к расстрелу. Полтора года он ждал исполнения приговора. А потом Гамалею-младшего неожиданно выпустили. Почему? Вряд ли из уважения к заслугам отца. Они по своим-то палили как по тетеревам. Просто какие-то чекистские интриги. Такое, пусть и очень редко, но случалось. * * * Последний подвиг Гамалея совершил в возрасте 85 лет. Он открыл два вещества – микол и тиссулин, способные побеждать палочку Коха. Заразил себя, глубокого старика, туберкулезом, принял свой микол – и у него опять все получилось.