Спала, 1912 год: самый страшный месяц в жизни императорской семьи
Спала, 1912 год: самый страшный месяц в жизни императорской семьи Осенью 1912 года Россия торжественно отмечала столетие Бородинской битвы. Император Николай II, его супруга Александра Федоровна и дети отправились в западные имения - сначала в Беловеж, затем в Спалу (сегодня это территория Польши). То, что начиналось как отдых, обернулось самым страшным месяцем в жизни царской семьи. Цесаревич Алексей, катаясь на лодке, ударился левым боком. Для обычного ребенка - пустяк. Для мальчика с гемофилией - смертельная угроза. Я помню эту фразу из письма Николая II к матери. Он не описывает болезнь, он не пишет об отчаянии жены. Он пишет следующее: "Я едва мог оставаться в комнате, но должен был сменять Аликс, потому что она проводила целые дни у его постели". Началось внутреннее кровотечение, образовалась большая гематома в паху и брюшной полости. Температура поднималась день ото дня. Алексей бредил, метался в постели, и каждое движение приносило ему новую муку. Он почти не плакал - только стонал и повторял: "Господи, помилуй". Николай II описывал это в письме матери, вдовствующей императрице Марии Федоровне: "Дни с 6 по 10 октября были самыми мучительными. Бедный мальчик страдал ужасно. Боль возвращалась приступами почти каждые пятнадцать минут. Из-за высокой температуры он бредил и днем и ночью. Я едва мог оставаться в комнате". Представляете, что чувствовал император, глядя на своего сына, который кричал "Господи, помилуй", и не мог ему помочь? Человек, который правил огромной империей, оказался бессилен перед болезнью собственного ребенка. И это, наверное, самое страшное, что может случиться с родителем. Александра Федоровна почти не спала. Она сидела у постели сына, меняла компрессы, повязки, пыталась облегчить его страдания. Она редко покидала комнату и почти не позволяла себе отдыхать. Медицина того времени была бессильна перед гемофилией. Врачи могли только наблюдать. Николай писал: "Аликс переносила это испытание лучше меня". Но мы знаем, что это было не так. Она просто не позволяла себе сломаться - потому что рядом был сын, который нуждался в ней каждую секунду. Мне кажется, именно в этот момент что-то сломалось в императрице. Она и так была замкнутой, подозрительной. Но после Спалы она стала еще более отстраненной, ещё более зависимой от тех, кто обещал ей спасение. Ведь именно после этого кризиса в их доме появился Распутин - как последняя надежда. Кризис в Спале стал поворотным моментом. Императорская семья впервые осознала, что их долгожданный наследник может умереть в любой момент, и что они бессильны это предотвратить. Больше всего на свете они хотели сохранить его жизнь - и в отчаянии обратились к тем, кто обещал им чудо. Но самое страшное, наверное, было не в том, что они боялись потерять сына, а в том, что они не могли ему помочь. И это чувство беспомощности и бессилия преследовало их до самого конца. Как вы думаете, что страшнее для родителей - сама болезнь ребенка сына или чувство собственной беспомощности перед ней? Подписывайтесь на [club236322711|История Царской России] и читайте наши истории каждый день.
Канал в каталоге Максиметера
64 подписчиков · Наука