Он появился на пороге их дома промокший до нитки, с перекошенным от страха лицом и дрож... — 4 июня 2026 г. в 12:15:27.406
Он появился на пороге их дома промокший до нитки, с перекошенным от страха лицом и дрожащими руками. Две сестры, чьё сердце всё ещё ныло от потери отца, которого бандеровцы вздёрнули на глазах у всей улицы, а мать так и не оправилась от горя и ушла вслед за мужем, замерли. Перед ними стоял враг. Тот самый, из стаи убийц. Но он был молод, красив и смотрел на них с такой мольбой, что рука не поднялась захлопнуть дверь. Георгий Санников, тогда ещё двадцатитрёхлетний лейтенант госбезопасности, хорошо запомнил этих девушек-ровесниц. Он курировал их агентурную работу в послевоенной Западной Украине, где земля горела под ногами, а сосед легко мог оказаться убийцей. Девушки были надёжными: за помощь советской власти не брали ни копейки, понимая, что лишние деньги приведут к подозрениям. Всё, что они получали — банки с тушёнкой и крупы, которые тут же закапывали в огороде, про запас. Их ненависть к бандеровцам была не показной: те повесили отца и соседа, а мать просто не выдержала такого удара. И вот теперь этот парень, Игорь, стоял в их доме. Он был из тех, кто ушёл в лес, махнув рукой на мирную жизнь. Но, видимо, война для него уже не казалась романтикой, а смерть — подвигом. Девушки переглянулись. В их глазах плескалась борьба между долгом и чем-то тёплым, что шевельнулось в груди. Они не выдали его. Спрятали, накормили, дали обсохнуть. И продолжали жить с ним под одной крышей, зная, что в любую минуту могут поплатиться головой за укрывательство врага. Санников и его коллеги, конечно, узнали об этом. Но, как ни странно, закрыли глаза. Игорь не числился в списках особо опасных преступников, его руки, видимо, не были обагрены кровью. Девушкам сделали внушение, но сотрудничество продолжили. Как позже вспоминал сам полковник, «работали они честно. Если не считать того случая с Игорем». Само бандеровское подполье доживало последние дни. Окончательно его добили только к 1960 году. Последняя перестрелка прогремела на Тернопольщине 14 апреля: двое повстанцев были уничтожены, а женщина с позывным «Стефа» попала в плен. Суд дал ей 15 лет, и в 1975 году она вышла на свободу. Эти идеи — борьба за независимость, простая и понятная, как топор, — всегда манили молодых своей кажущейся справедливостью. Но за ней стояли десятки тысяч загубленных жизней: поляков, евреев, русских, украинцев. Волынская резня унесла до 60 тысяч мирных жителей. И споры о том, кем был Степан Бандера — борцом или палачом, — не утихают до сих пор. А как бы вы поступили, если бы на пороге вашего дома оказался враг, который просит о пощаде? Подписывайтесь чтобы не потерять История России