познакомиться с Достоевским, и после этого писатель нередко бывал у неё в гостях. Альбо... — 25 сентября 2026 г. в 03:43:04.110
познакомиться с Достоевским, и после этого писатель нередко бывал у неё в гостях. Альбомы принцессы подписывали Бехтерев, Склифосовский, Рерих, Дягилев, Бенуа, Павлов и многие другие. Золотой век Рамони закончился не из-за революции, а раньше. В 1897 году изрядно уставшая Евгения решила нанять управляющего, чтобы облегчить себе жизнь, и остановила выбор на неком Г. Кохе. Сначала тот выглядел разумным: добавил к имению ещё четыре тысячи десятин, обновил оборудование сахарного и винокуренного заводов. Но затем взял кредит в Дворянском банке и пустился в сахарные спекуляции. Убытки росли как снежный ком, а к 1905 году долг достиг четырёх миллионов двухсот тысяч рублей. Имение оказалось на краю пропасти. Муж принцессы просил помощи у министра двора Фредерикса и в Министерстве финансов — везде получил отказ. Тогда он обратился к императорской фамилии. Николай II созвал семейный совет, чтобы не допустить банкротства родственницы, хотя часть великих князей возражала: дела Ольденбургского дома не должны волновать императорскую семью. Всё же царь распорядился выдать Евгении крупное пособие из казны и кредит из Государственного банка. В 1907 году имение выкупили в удельное ведомство — формально оно стало собственностью императорской семьи. История повторила старый сюжет: ослабление личного контроля и доверие к чужому человеку обрушили то, что создавалось десятилетиями. Былая доходность не спасла, когда в дело пошли кредиты и азартные биржевые игры. В 1914 году принцессу разбил инсульт, и она оказалась почти полностью парализована. Муж тщательно оберегал её от волнений: о начале Первой мировой войны Евгения узнала случайно. Даже в таком положении Ольденбургские устроили в своём дворце лазарет для раненых. После революции семья смогла покинуть Россию — вероятно, помогло их немецкое происхождение и принадлежность к Ольденбургскому дому. До 1922 года они жили в Финляндии, надеясь вернуться, затем перебрались во Францию. Там от скоротечной чахотки умер их единственный сын Пётр. Евгения не пережила этой потери и скончалась в мае 1925 года, в возрасте восьмидесяти лет. Муж умер семь лет спустя, и супругов похоронили вместе в семейном склепе на кладбище Сабау. Есть ещё одна история, почти легенда. В годы Второй мировой немецкие войска, узнав о немецких корнях хозяев замка, отказались бомбить его и разбрасывали листовки с обещанием не трогать дворец. Во время налётов местные жители прятались в этих стенах. Если это правда, выходит, что после смерти Евгения всё-таки ещё раз укрыла своей заботой тех, кто когда-то жил рядом с ней. Что же в этой истории страшнее — доверчивость уставшей женщины или безжалостность времени, которое не щадит даже самые прочные состояния? Подписывайтесь чтобы не потерять История России