Лобанов в Хогвартсе
Лобанов в Хогвартсе Семён Лобанов проснулся в больничном крыле Хогвартса с таким похмельем, что даже портреты на стенах старались не смотреть ему в глаза. Над ним склонился седобородый старик в мантии. На соседней кровати лежал странный мальчик. — Где Быков? — первым делом спросил Лобанов. — Вы в Хогвартсе, — торжественно сообщил старик. — Я Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства. — Понятно, — сказал Лобанов. — Белочка. Дамблдор решил не спорить с диагнозом и объяснил Лобанову, что он - великий целитель из Санкт-Петербурга. — Я не целитель. Я врач. — Разумеется. — И где я вообще? — В мире магии. Лобанов посмотрел на палочку, лежавшую рядом с кроватью. — Это у вас градусник? — Волшебная палочка. — Ага. Совсем тяжёлый случай. Тем временем мальчик застонал. — Мне плохо… — Что болит? — Я встретил дементора. — Кого??? — Дементора! — Это диагноз? — Нет. — Тогда чего ты ноешь? Мальчик попытался рассказать про душу, холод, ужас и прочие обстоятельства, при которых в обычной больнице уже давно отправили бы его к психиатру. Лобанов выслушал и поставил диагноз: — Симулянт. — Я не симулянт! Я Гарри Поттер! — Мне вообще без разницы, как тебя зовут. После чего отвесил ему лёгкую оплеуху. Гарри вскочил с кровати. Дамблдор выронил очки. — Поразительно! — Что поразительно? — удивился Лобанов. — Встал же. И тут в палату влетела профессор Макгонагалл. — Директор! В подземельях бунтуют гоблины! Лобанов оживился. — Коллекторы? — Что? — Гоблины. Деньги требуют? — Они требуют свободы! — Значит, вообще непонятно. Но раз в подземельях — разберёмся. И пошёл разбираться. По дороге Лобанов столкнулся со Снейпом. Тот посмотрел на него так, будто мысленно уже придумал семь способов превратить его в жабу. Лобанов посмотрел на Снейпа исподлобья. — Чо мрачный такой? Снейп промолчал. — Пойдём пива выпьем. Снейп впервые в жизни не нашёлся, что ответить. Через полчаса Лобанов уже сидел в подземелье среди гоблинов и выяснял, почему те устроили бунт. Оказалось, никакого бунта не было. Просто им не понравилось, что кладовщик закрыл склад. — Так бы сразу и сказали, — буркнул Лобанов. — А то «бунт», «катастрофа». У вас тут обычный трудовой коллектив, только все с бородами. После этого Хогвартс изменился. Лобанов открыл при больничном крыле что-то среднее между терапевтическим кабинетом, приёмным покоем и комнатой для тех, кто слишком много думает о своём самочувствии. Простуду лечил водкой с малиновым вареньем. Переутомление — застольем. Головную боль — палочкой по затылку. А на жалобы студентов о душевных страданиях неизменно отвечал: — Выспись сначала. Через месяц половина Хогвартса перестала болеть. Через два — студенты перестали симулировать. Через три — Снейп начал заходить к Лобанову поговорить за жизнь. Под пиво. А потом в Хогвартс явился сам Волан-де-Морт. Величественный, страшный, весь в чёрном, с лицом человека, которому жизнь явно не удалась. Он поднял палочку: — Авада Кедавра! Лобанов увернулся. — Ты чего орёшь? У меня голова болит. Волан-де-Морт замер. — Я Тёмный Лорд! — Ну и что? Очередь занимай. И Тёмный Лорд ушёл. Говорят, окончательно. Семён Лобанов стал легендой Хогвартса. Студенты считали его величайшим мракоборцем. Преподаватели — стихийным бедствием. Дамблдор — уникальным специалистом. А сам Лобанов просто смирился. — Домой всё равно не попасть. Быков меня после такого дежурства убьёт. И остался. Потому что где ещё найдёшь место, где у пациента может быть волшебная палочка, у врача — похмелье, а диагноз один на всех: — Так. Всем спать. Завтра разберёмся. #иволгинысказки Иволгины сказки