Наследие историка: как Валентин Ковальчук собирал правду о блокаде Ленинграда.
Наследие историка: как Валентин Ковальчук собирал правду о блокаде Ленинграда. Новые страницы истории блокады Ленинграда обсуждают в Петербурге на Всероссийской научной конференции. Она посвящена 110-летию со дня рождения выдающегося ученого Валентина Ковальчука, главного исследователя трагедии осажденного города. О наследии историка, который превратил молчание в знание, в сюжете РЕН ТВ рассказал корреспондент Роман Ишмухаметов. Он не просто изучал факты — он глубоко погружался в тему. Пересчитывал число жертв, когда цифры были неудобны, и открывал архивы, которые годами оставались секретными. "Тема блокады Ленинграда нам сегодня кажется само собой разумеющейся — так много ей уделяют внимания. Но тогда, оказывается, к этому боялись поступить", — отметил министр науки и высшего образования РФ Валерий Фальков. Монография "Ленинград и Большая земля" в 1975 году стала прорывом и принесла Валентину Ковальчуку докторскую степень. За ней — книга о железной дороге Шлиссельбург — Поляны, проложенной в 1943 году, и "Магистрали мужества" с премией имени Маршала Говорова. "Он говорил о том — в то время это было опасно — что нужно восстановить музей обороны и блокады Ленинграда. Это самое важное. Сегодня музей сегодня восстановлен, он будет продолжать свою работу. Но в то время, когда блокада была под забвением, это был героический подвиг. Тогда просто не говорили вообще о блокаде", — уточнил губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов. После 90 лет, когда историки обычно подводят итоги, Валентин Ковальчук перешел к голосам — к дневникам ленинградцев. Из миллионов в одну судьбу — тетрадь школьницы Лены Мухиной была переведена на 14 языков. Два года назад в Институте истории открыли мемориальную доску. Сегодня здесь говорят о продолжении: источники Дороги жизни, историография обороны, новые подходы к хозяйству, быту и культуре осажденного города. Ковальчук оставил науке не финальную точку, а вопрос, поставленный так, что на него можно и нужно отвечать новыми документами. Для историка это и есть высшая форма памяти. • Больше новостей IZ RU в MAX