Лето. Иногда вокруг начинают кружиться мухи. Ладно бы просто кружились, но порой какая-...
Лето. Иногда вокруг начинают кружиться мухи. Ладно бы просто кружились, но порой какая-нибудь особо наглая начинает постоянно садиться на руку. Взмахиваешь рукой, она взлетает и опять приземляется. Снова прогоняешь – но уже через несколько секунд чувствуешь прикосновение знакомых лапок. Окружающие смотрят понимающе, мол: «мы, конечно, ничего не хотим сказать, но муху не обманешь». Насекомое демонстрирует не столько назойливость, сколько интеллект. Точнее, даже мухи умеют создавать когнитивные карты территории. Они позволяют им ориентироваться, запоминать источники пищи и избегать угроз. Чтобы муха отстала, придётся исчезнуть с её карты — отбежать на несколько метров. Мы, конечно, поумнее мух, но точно также строим свои карты и именно по ним ориентируемся в жизни. В результате – изумляемся. Так как в случае с местностью карты работают хорошо, но вот при оценке других – значительно хуже. Люди уверены, что их друзья, близкие, должны вести себя по созданному ими образу. Как правило, весьма поверхностному, к тому же созданному на основании какой-то одной ситуации. Например, у нас взяли денег в долг. И не возвращают. И мы поражаемся - почему друг так странно себя повел. На самом деле, это просто новая ситуация, в которой мы его еще не видели. Мы уверены, что сами сложны и непредсказуемы, но к восприятию других подходим достаточно прямолинейно. Чем дольше мы пользуемся одной картой, не сверяя её с реальностью, тем дальше мы от неё уходим. Потому что карта – это не территория. Психология маркетинга Избранное