Физики против лириков: спор, который выиграли оба — 8 июля 2026 г. в 15:00:07.395
Физики против лириков: спор, который выиграли оба «Что-то физики в почете. Что-то лирики в загоне…» В 1959 году Борис Слуцкий написал стихотворение, которое разделило советскую интеллигенцию на два лагеря: одни считали, что будущее — за точным знанием, другие — что без души и слова любая формула мертва. Спор «физиков и лириков» стал главным культурным мемом эпохи — и парадокс в том, что сама эта эпоха была немыслима без плеяды советских физиков, каждый из которых мог бы быть героем отдельного романа. Корифеи одного созвездия Игорь Курчатов, Абрам Иоффе — «отец» советской физической школы, Лев Ландау с его несравненным умом теоретика, Андрей Сахаров, Павел Черенков, Илья Франк, Сергей Вавилов — президент Академии наук и организатор советской науки. И среди них — два человека, родившихся в один день, 8 июля, с разницей в год. Пётр Капица (1894–1984) Кронштадтский мальчишка, ученик Резерфорда в Кембридже, создатель мощнейших магнитных полей своего времени. В 1934 году, вернувшись в СССР в командировку, был задержан властями и остался — для него в Москве построили целый институт, Институт физических проблем. Там он открыл сверхтекучесть жидкого гелия — состояние, в котором вещество течёт без всякого трения. Нобелевскую премию за это дали лишь в 1978-м, спустя сорок лет. Игорь Тамм (1895–1971) Теоретик, основавший знаменитую теоретическую школу ФИАНа. В 1937 году вместе с Ильёй Франком объяснил природу свечения, которое годом раньше наблюдал Павел Черенков в лаборатории Сергея Вавилова, — так родился эффект Вавилова–Черенкова. В 1958-м все трое получили Нобелевскую премию. А Вавилов, чьё имя навсегда сплелось с этим открытием, с 1933 года возглавлял комиссию Академии наук по изданию научно-популярной литературы. В новейшей истории издательства «Наука» Вавилов выступил не просто как организатор академического книгоиздания, а как один из тех, кто придал самому бренду «Науки» его узнаваемый смысл: научную достоверность, редакционную строгость и просветительскую миссию. 📘 О самих физиках — с теплотой личного знакомства — пишет Евгений Фейнберг, ученик и коллега Тамма по теоретическому отделу ФИАНа, в книге «Физика, физики и XX век. Воспоминания». Это не сухие мемуары, а живой портрет эпохи: как сохранить себя и верность науке во времена, когда цена ошибки могла быть слишком высокой. Издательство «НАУКА» TG | MAX | ВК