Я иногда шучу, что наши проблемы — это наследие медленной эволюции: мы, адаптированные ...
Я иногда шучу, что наши проблемы — это наследие медленной эволюции: мы, адаптированные к жизни падальщиков, вынуждены носить шорты. Это, конечно, преувеличение. Многие наши ключевые проблемы возникли не в древней саванне, а в неолите, когда около 10 000 лет назад предки перешли к оседлому образу жизни — земледелию и скотоводству. Это изменение привело к близкому соседству с животными. Мы стали спать и есть среди их биологических жидкостей и шерсти. Почти все самые опасные инфекции — от чумы до туберкулеза — это зоонозы, которые передались нам от домашних животных. Чтобы человечество не вымерло, эволюции пришлось активизировать нашу иммунную систему. В отсутствие медицины она работала на полную мощность. Но с XX века мы научились мыть руки, обрабатывали воду, изобрели пенициллин и вакцины. Большинство инфекций мы победили, но наша параноидная иммунная система осталась. Армия иммунитета осталась без врага, и как результат — рост аутоиммунных заболеваний: рассеянный склероз, болезнь Крона, ревматоидный артрит, аллергии. Эволюция сделала акцент на «дожитие до репродуктивного возраста», а не на здоровье в 40. Современная наука всё еще не знает, как с этим справиться. И, увы, многие из нас могут это подтвердить на личном опыте.