Там, где раньше пустырь зарастал лебедой,
Там, где раньше пустырь зарастал лебедой, Где тянулась тропа в лопухи и бурьян, Встал фасад, ослепляя своей новизной, Разгоняя привычный осенний туман. Он из камня и света, из синих стёкол, Словно лайнер, готовый сорваться в полёт. Каждый житель сегодня к окну подошёл, Удивляясь тому, как посёлок живёт. Словно в сказке, за ночь, посреди тишины, Где чернели заборы, сутулясь слегка, Появились из будущей светлой весны Эти стены, и шпиль, и размах козырька. Она не давит громадой, не смотрит сурово, А лучится теплом сквозь резное стекло. Для посёлка, привыкшего к взглядам суровым, Словно в тёмное зимнее утро — тепло. А под вечер, когда догорает заря И ложится на крыши сиреневый дым, Фонари, как большие глаза янтаря, Провожают посёлок сияньем своим.