«Какой активный сын, весь в маму» — часто слышу эту фразу о своём ребёнке.
«Какой активный сын, весь в маму» — часто слышу эту фразу о своём ребёнке. И самое интересное: я никогда не была активной. Мы, дети Советского Союза, воспитаны так, чтобы «не высовываться» из толпы. Тихо. Незаметно. Сливаться с фоном. Не отсвечивать. Но эта активность всегда сидела во мне. В закрытой клетке, ключ от которой был далеко спрятан. В определённый период моей жизни, когда я плотно сидела на «профилях психологов», я раскопала такую версию: особые дети приходят не просто так. А дети с ДЦП приходят в самом крайнем случае — когда выхода уже нет. Когда ты задавила себя настолько, что тело сжалось и перестало двигаться. Есть в этой мысли что-то, что меня цепляет. Что-то очень глубокое и очень моё. И вот — я стала активнее. Открытее. Я разрешила себе двигаться. Говорить. Быть заметной. Конечно, это не излечит нашего старшего сына, но возможно повлияет на жизнь младшего. А на мою уже повлияло ❤️🙏