Виктор стоял на пороге, расправив плечи так, будто два года не существовали вовсе. Он в...
Виктор стоял на пороге, расправив плечи так, будто два года не существовали вовсе. Он выглядел помятым, но в глазах всё ещё горел тот самый огонек самоуверенности, от которого когда-то у Анны холодело внутри. — Аня, я всё понял, — прошептал он, пытаясь пройти в прихожую. — Эти два года были адом. Я осознал: ты — единственная, кто меня понимал. Я здесь, чтобы забрать тебя отсюда, защитить от этих стервятников, которые уже почуяли наследство. Давай начнем с чистого листа? Анна стояла в дверях, опираясь на косяк. На ней был дорогой шелковый халат, а в воздухе едва уловимо пахло парфюмом, который Виктор когда-то дарил ей на годовщину. Но теперь этот запах не вызывал в ней ничего, кроме легкой брезгливости. Она внимательно изучала его: подергивание уголка губ, бегающий взгляд, дешевый костюм. Он пришел не за ней. Он пришел за торговым комплексом. — Витя, — мягко сказала она, опуская глаза. — Ты пришел как раз вовремя. Я так боялась остаться с этим одна. Виктор оживился, его зрачки расширились: — Ну что ты, родная. Я же говорил, что всегда буду рядом. Где документы? Давай посмотрим, что там с налогами, я всё улажу. Анна прикусила губу, картинно всплеснув руками. — В том-то и дело... Юристы всё перепроверили. Наследство — это фикция. Старик был банкротом, всё имущество арестовано. Более того, на меня, как на единственную наследницу, переписали все его обязательства. Долги исчисляются десятками миллионов. Я теперь должна всему миру, Виктор. Я даже не знаю, как буду выплачивать проценты. Она подняла на него глаза, полные «отчаяния». Виктор замер. Его лицо, еще секунду назад озаренное «любовью», начало стремительно вытягиваться. Улыбка сползла, обнажив хищный оскал человека, который только что понял, что его собираются использовать как дойную корову. — Что значит... должна? — голос Виктора стал сухим, неприятным. — Какие долги? Ты же говорила, что получила активы! — Ошиблись, — вздохнула Анна. — Всё идет с молотка. Я думала, ты поможешь мне спрятать остатки мебели, но, видимо, всё придется отдать судебным приставам. Я останусь на улице, Витя. Ты ведь не бросишь меня в такой момент, правда? Ты же говорил, что «защитишь»? Виктор попятился. Он начал нервно поправлять воротник, его уверенная поза рассыпалась в прах. — Слушай, Ань... это очень печально. Но я ведь... я тоже в кризисе. У меня новые проекты, я не могу... мне нужно бежать, там встреча. Я позвоню! Он развернулся и практически побежал к лестнице, не оглядываясь. Анна закрыла дверь, услышав быстрый топот его туфель, удаляющийся по ступеням. Она подошла к окну и посмотрела вниз: Виктор вскочил в такси и скрылся за поворотом, даже не заметив, как в её руках, прямо поверх стопки «долгов», блеснули настоящие бумаги на владение торговым комплексом. В доме воцарилась тишина. Анна улыбнулась своему отражению в зеркале. Она больше не была «домашней» и скучной. Она стала той, кто сам расставляет ловушки. И это было лучшее чувство на свете.
Канал в каталоге Максиметера
1 520 подписчиков · Работа и вакансии