«НЕФТЯНАЯ СДЕЛКА» ТРАМПА: КРУПНАЯ ПОБЕДА ИЛИ ШУМНАЯ БРАВАДА?
«НЕФТЯНАЯ СДЕЛКА» ТРАМПА: КРУПНАЯ ПОБЕДА ИЛИ ШУМНАЯ БРАВАДА? Кира Сазонова, доктор юридических наук, юрист-международник, политолог По словам Дональда Трампа, милостью Божией и благодаря его персональной гениальности Америке удалось заключить «крупнейшую нефтяную сделку в истории», в рамках которой 65 млрд баррелей нефтяных запасов Венесуэлы переходят под контроль США. Американская сторона получает нефть и в перспективе — низкие цены на бензин. В свою очередь, Венесуэла получает инвестиции в экономику и налоговые поступления в бюджет. Казалось бы, все счастливы. Что может пойти не так? Многое. Первый и главный вопрос: а с кем Трамп заключил нефтяную сделку? Вплоть до 2026 года Венесуэла шла по социалистическому пути развития: нефтяная индустрия была национализирована, а монопольное право на добычу нефти принадлежало государственной компании PDVSA. После того как 3 января 2026 года американский спецназ выкрал и вывез в США главу Венесуэлы Николаса Мадуро и его жену, исполняющей обязанности президента стала Делси Родригес. По закону Венесуэлы срок её полномочий истёк 4 апреля, после чего в стране должны были пройти выборы, но они пока даже не назначены. Таким образом, в ближайшее время может случиться всё что угодно: от гражданской войны и возвращения Венесуэлы к заветам Уго Чавеса и Симона Боливара до полного перехода на капиталистические рельсы и расцвета частных компаний, поддерживаемых США. Кроме того, венесуэльская нефтедобыча сопряжена с рядом особенностей. Во-первых, это высокий износ оборудования, включая скважины, трубопроводы и нефтеперерабатывающие заводы. Во-вторых, значительная часть венесуэльских запасов — это тяжёлая и сверхтяжёлая нефть, добыча и переработка которой сложны и дороги. Таким образом, нефтедобыча в Венесуэле потребует от американской стороны весьма серьёзных инвестиций. Предполагается создание совместной американо-венесуэльской компании, у которой будет 100-летняя концессия на разработку 17 венесуэльских месторождений. Концессия предполагает право пользования недрами для американских компаний с сохранением права собственности за Венесуэлой (согласно её законодательству, нефтяные месторождения являются общественным достоянием). Однако вековое соглашение со страной, находящейся в глубоком экономическом кризисе, пережившей в июне разрушительное землетрясение и даже не имеющей легитимно избранного президента, — это выбор либо неисправимого оптимиста, либо того, кому сам факт заключения сделки куда важнее особенностей её реализации. Дональд Трамп, безусловно, относится ко второй категории, и неудивительно: выборы в конгресс уже буквально на носу, а результаты первой половины его президентского срока оставляют желать лучшего. Гренландия всё ещё в составе Дании, Канада всё ещё не 51-й штат, Иран всё ещё активно сопротивляется. Всякие забавы вроде переименования проливов и озёр могут тронуть сердца лишь самых преданных трампистов, а у широкого электората другие заботы: цена на бензин в США за полтора года подскочила на 25—30%. В попытке стабилизировать ситуацию администрация Трампа пробовала разные подходы: от вскрытия Стратегического нефтяного резерва до снижения экологических требований к топливу. Сделка с Венесуэлой в этом смысле случилась как нельзя кстати. Помимо предвыборного козыря, «нефтяная сделка» пригодится США и в долгосрочной политической перспективе — для стимулирования выхода Венесуэлы из ОПЕК, что может не только стать первым прецедентом, когда её покинет одна из пяти стран-основательниц (наряду с Ираном, Ираком, Кувейтом и Саудовской Аравией), но и повлиять на мировые цены на нефть. Среди прочего для всего мира эта сделка — яркая иллюстрация того, что может произойти с условной Кубой или условной Никарагуа, если однажды они сдадутся на милость Америки. Менее чем через год их ждут нашествие хищных американских корпораций и стремительное превращение в сырьевой придаток США. Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции