«Я больше пользы принесу здесь»: фельдшер Залимхан Тагиров променял стабильность скорой... — 26 июня 2026 г. в 14:06:40.928
«Я больше пользы принесу здесь»: фельдшер Залимхан Тагиров променял стабильность скорой на передовую Он мог бы сейчас стоять в чистом кабинете, мерить давление и заполнять карточки. Мог бы возвращаться домой каждый вечер, пить чай с семьей и не вздрагивать от хлопков за окном. Но Залимхан Тагиров выбрал другой путь. За его спиной остались уютный Кизилюрт, привычный маршрут «дом — работа — дом» и голоса родных, которые не хотели его отпускать. Впереди — поля, пыль, кровь и автоматные очереди. Он ушел добровольцем. И не жалеет. Залимхан родом из села Чиркей Буйнакского района. Окончил Буйнакское медучилище, в 2011 году получил диплом и устроился на скорую в Кизилюрте. Двенадцать лет на выездах, сотни вызовов, тысячи спасенных жизней. Казалось бы, вот она — формула спокойной и достойной жизни. Но когда началась специальная военная операция, Залимхан почувствовал: оставаться в стороне он не может. «Решение пришло сразу, — вспоминает он. — Но меня долго не брали». Он не говорит, сколько раз писал заявления, звонил и оббивал пороги военкоматов. Просто ждал и верил, что его опыт нужен там, на передовой. Родные не понимали. Как оставить стабильную работу, безопасный город и уехать туда, где каждый день может стать последним? «Успокоить их смог только тем, что на всё воля Всевышнего», — говорит Залимхан. Он не уговаривал и не спорил. Просто объяснил: это не порыв и не жажда приключений. Это долг. Он умеет спасать. И если его руки сохранят жизнь хотя бы одному бойцу, значит, там он нужнее. «Я сказал себе: больше пользы принесу на СВО, помогая нашим ребятам», — признается фельдшер. Сегодня его «тревожный чемоданчик» выглядит иначе, чем на гражданке: жгуты, мощные обезболивающие, перевязочный материал в огромных объемах. Никаких лишних бумаг и очередей. Только боль, кровь и секунды, которые решают всё. «Оказывать помощь приходится под огнем, — рассказывает он. — В первое время страшно. Но потом привыкаешь. Всё становится обыденным». Страх не уходит, он просто перестает быть главным. Главным становится — успеть. Наложить жгут, вколоть обезболивающее, эвакуировать. И снова бежать под обстрел, потому что там ждут другие. Залимхан не считает спасенных. «По возможности помогаем всем, — говорит он. — Но самое тяжелое — понимать, что не всех можешь спасти. Приходится выбирать». Это та правда, о которой не пишут в сводках. Где-то там, под пулями, медик встает перед выбором, который не снился ни одному хирургу в мирной операционной. И принять его нужно за мгновение. Залимхан Тагиров не считает себя героем. «Мы все, кто здесь, выполняем долг перед Родиной», — говорит он спокойно, будто рассказывает о смене на скорой. Но в этой простоте и кроется настоящая сила. Герой — не тот, кто носит медали, а тот, кто каждое утро надевает бронежилет, берет сумку с медикаментами и идет спасать тех, кто еще вчера был ему незнаком. Просто потому, что иначе не может. Он знает: с войны не возвращаются прежним. «Важно всегда оставаться человеком», — говорит Залимхан. Когда всё закончится, он планирует вернуться на любимую скорую. В тот самый Кизилюрт, где его ждут. Именно там он научился всему, что помогает ему сегодня: быстро оценивать состояние, холодно рассчитывать силы, действовать в хаосе. Но сам он уже будет другим. В памяти навсегда останутся поля под обстрелом, глаза раненых и минуты, когда приходилось выбирать, кого спасать первым. Своим коллегам — и тем, кто носит белые халаты в мирных больницах, и тем, кто надевает бронежилет поверх медицинской формы, — Залимхан желает простого и самого важного: «Мирного неба. Чтобы близкие никогда не увидели ужасов войны. Любите друг друга и цените каждый момент. Находясь тут, начинаешь ценить жизнь по-настоящему». Он ушел, чтобы другие могли жить. И когда вернется, будет знать истинную цену каждому спасенному сердцебиению. Потому что там, за лентой, он видел, как легко обрывается жизнь и как трудно ее вернуть.