С какого-то момента женщина сияет своей глубиной, своей историей, своим не искусственны...
С какого-то момента женщина сияет своей глубиной, своей историей, своим не искусственным достоинством, с которым невозможны уже обочины чужой жизни, напряжённые ожидания реакций на себя, восковая податливость под любой запрос и неспособность отказать там, где нет своего внутреннего согласия. Именно эти перемены становятся источником зрелой любви, не ищущей самое гладкое личико и самое юное тело, но остро нуждающейся в сложившейся личности, которая знает себя, уважает свою и чужую жизнь, умеет быть в общей истории, не размываясь до песка угодничества, но и не нависая с короной долженствования. Женщина, чья внутренняя девочка нужна ей не для комичных капризов, а для того, чтобы она не забывала про блики солнца на осеннем безысходном небе и про спасительную несерьёзность, с которой можно выбраться из самых непроглядных тупиков. И эта девочка больше не рулит её жизнью, не заставляет определять жизнь уже давно фантомными обидами и не вгоняет в вязкую зависимость от внешних оценок. Рулит исключительно сама женщина. С какого-то момента она взращивает свою настоящесть, поняв, сколько шансов отняли у неё даже самые искусные маски и выученные попытки нравиться всем. Или не делает этого. И это просто выбор. Лиля Град Художник Эндрю Ньюэлл Уайет