Самые известные: шведская Klarna, американские Affirm, российская Dolyame.
Самые известные: шведская Klarna, американские Affirm, российская Dolyame. И сектор растет: если раньше в рассрочку брали только одежду и косметику, то теперь — лечение зубов, образование, ремонт авто. В США объем таких покупок уже перевалил за 50 миллиардов долларов в год. А в России, по прогнозам на 2026 год, объем рынка BNPL уже вырос до 1,2–1,25 триллиона рублей, а его доля в общем объеме розничных платежей поднялась до 1,4%. Основной драйвер роста — высокая ключевая ставка, которая делает обычные кредиты дорогими. Рассрочку подключают даже сети, торгующие товарами повседневного спроса, а с 1 апреля 2026 года рынок перешел под контроль Банка России: крупные покупки дороже 50 тысяч рублей начали фиксировать в кредитной истории. Почему же инвесторы махнули на это рукой? Сначала акции взлетели, потом рухнули — и многие ушли, решив, что сектор умер. Но он не умер, он просто перестроился. Важный нюанс: в США компании BNPL обязаны резервировать деньги под будущие потери сразу, а прибыль записывать постепенно. Поэтому их отчеты выглядят хуже реального положения дел — и акции сейчас незаслуженно дешевы. 🎯 Главная мысль, которую я вынесла из этого исследования: мы перестали замечать очевидное. Прибыль сейчас не в том, чтобы спорить о сроках наступления сверхинтеллекта. Она в тех самых "маленьких темах", которые никто не моделирует. Где в цене уже заложены только страхи, а фундаментальные показатели продолжают улучшаться. Пока аналитики считают чипы и мощность дата-центров, мир продолжает жить. Люди летают, стареют, ходят на стадионы и оформляют покупки в рассрочку — и всё это происходит одновременно в США, Европе, Азии и Латинской Америке. Иногда, чтобы найти деньги, достаточно просто перестать смотреть туда, куда смотрят все. И знаете, это немного иронично. Мы так боимся, что ИИ заменит человека, что перестали замечать, как сами же люди — со своими билетами на самолеты, домами престарелых и покупками в рассрочку — продолжают создавать экономику. Просто мы слишком увлеклись футурологией и забыли про реальность.