Наследие прошлых лет или почему в Коми не летают свои самолеты
Наследие прошлых лет или почему в Коми не летают свои самолеты Команде нынешнего Главы республики Ростислава Гольдштейна, скажем честно, досталось непростое управленческое наследие, в том числе в сфере республиканских авиаперевозок. В таких ситуациях руководители часто принимают непопулярные решения, опираясь на реальную ситуацию, а не на популистскую картинку радужных перспектив. Очень похоже, что команда Гольдштейна будет пересматривать подходы в сторону повышения эффективности, а не постоянного вливания денег в полуживые структуры. Ярким тому примером является ситуация вокруг «Комиавиатранса». В наследие от прошлого руководства республики досталось девять самолетов на балансе госпредприятия, но по техническим причинам они не могут даже взлететь: пять бортов «Embraer» физически разбросаны по миру — три стоят в Словении, по одному в Португалии и Домодедово. Регион взял их в лизинг весной 2014 года, но из-за последовавшего резкого скачка курса евро содержать их стало финансово невыгодно. Есть еще четыре самолета L-410, они физически находятся в Сыктывкаре. Но из-за санкций и дефицита запчастей их эксплуатация приостановлена. Оставшись без собственных самолетов, республика вынуждена фрахтовать чужие суда. Если в 2025 году внутренние рейсы выполняли сторонние перевозчики, то на 2026 год рейсов в принципе пока нет. Единственным рабочим активом остаются вертолеты Ми-8 для пассажирских и грузоперевозок в труднодоступные районы. Кризис накрыл «Комиавиатранс» в 2022 году и, судя по всему, выбраться из него предприятию будет неимоверно сложно. Убыток за 2025 год составил 592 млн рублей, это двукратный рост по сравнению с 2024 годом. Теперь на спасение перевозчика нужно не меньше 1,3 млрд рублей. И тут встает вопрос: резонно ли тратить такие деньги на самолеты, если можно направить их на школы, садики или больницы? Остается единственный вариант спасения предприятия – перезапустить модель его управления. Например, выделить отдельно содержание аэропортов, отдельно авиаперевозки. Обслуживание рейсов, в том числе коммерческих, через аэропорты республики – направление вполне прибыльное, оно сейчас и формирует выручку «Комиавиатранса». Основные убытки идут от авиаперевозок, это направление предстоит пересмотреть и выйти на более ли менее экономически приемлемую модель. Очевидно, что структура, где одни зарабатывают, а другие тянут вниз, требует антикризисного вмешательства. В нынешней ситуации субсидировать неэффективность чревато. А выйти из замкнутого круга можно только через системные реформы.