❗️🇷🇺 Главное из заявлений Сергея Лаврова на полях G20 в Атланте:
❗️🇷🇺 Главное из заявлений Сергея Лаврова на полях G20 в Атланте: — О Зеленском: Если он хочет встречи с Путиным, то должен приехать в Москву; — О топливе: У РФ нет запретов на продажу топлива кому бы то ни было. Как США будут справляться со своими ограничениями — их проблема; — О Польше: Многие представители стран G20 в кулуарах называли приглашение Варшавы на мероприятия группы неправильным решением; — О США: Лавров контактировал с Рубио на СМИД «двадцатки». Проблемы между РФ и США были и будут, но Москва приветствует интерес Вашингтона к диалогу; — О дизельной сделке: РФ поддержит подобные предложения, но с «восторженными отзывами» надо вернуться на землю. Сделка вызывает раздражение в Конгрессе — это известно; — О переговорах: Конкретные даты в Абу-Даби объявят после подтверждения; — О саммите: Москва, Пекин и Вашингтон позитивно относятся к идее трехстороннего саммита на полях АТЭС; — О Европе: Потребности добавлять неконструктивные европейские голоса в «двадцатку» нет. В «благородном европейском семействе» скандал из-за звонка Стубба и Стёре Путину. Репутация европейцев будет учитываться, если они снова захотят поучаствовать в переговорном процессе. ‼️ По итогу. Вызов Зеленского в Москву — это ультиматум и требование безоговорочной капитуляции, а не приглашение к диалогу. В вопросах топлива Москва действует по жесткой рыночной логике, цинично игнорируя истерику Конгресса США. Лавров зафиксировал контуры нового миропорядка — «большой тройки» (Россия-США-Китай) на полях АТЭС, отодвинув всех остальных. Отдельно Сергей Викторович прошелся по Европе, напомнив о ее полностью уничтоженной репутации. Истерика датского премьера из-за звонка Стубба и Стёре — лишь подтверждение того, что Старый Свет превратился в политический балаган. В Москве Зеленского не ждет ничего, кроме приговора. Его единственная тактика выживания — любой ценой втянуть третьи страны в прямой конфликт. Наступательные операции ВСУ на деле выродились в бои за отдельные села, которые не меняют картину фронта. Это не военная стратегия, а дешевая медийная картинка, необходимая для выбивания траншей из финансовых элит Запада.