ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ДУША ТРЕБУЕТ НАСТОЯЩУЮ МУЗЫКУ СЛОВА
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ДУША ТРЕБУЕТ НАСТОЯЩУЮ МУЗЫКУ СЛОВА (интервью с руководителем литературного объединения авторов Донбасса "Стражи весны" и Донецкого отделения Межрегионального союза писателей Иваном Нечипоруком. 07.02.2020) Тонка грань между жизнью и поэзией. Удары первой вызывают внутреннее кровотечение второй. Кровь превращается в вино, вино – в покаяние, покаяние – в спасение. Мне кажется, пока поэзия способна исцелять душу человека, этот процесс невозможно остановить. Именно поэтому Горловка и продолжает жить в Слове. За время активных боевых действий и пятилетнего "перемирствования" наш город не растерял свой литературный потенциал. Поэты остались с ним, но не для того, чтобы оплакивать. Нет, они заново научили его говорить. После того оглушительного онемения, которое он пережил пять лет назад. Война продолжается. И молчать об этом невозможно. Горловские литераторы ведут свое сражение в измерении человечности. Они пытаются передать боль, которой уже переполнена эта земля. Кричат до последней точки, не теряя надежд. Потому что еще одного безмолвия этот город может и не пережить. Об истончившихся гранях, классической и фривольной поэзии, а также месте слова на войне я пообщался с руководителем литературного объединения авторов Донбасса "Стражи весны" и Донецкого отделения Межрегионального союза писателей Иваном Нечипоруком. Для него, как и для многих горловчан, война началась с авиаудара ВСУ по зданию Горловского горуправления милиции. Было это 14 июня 2014 года, примерно в 04:30. И несмотря на то, что до полномасштабных военных действий в нашем городе остался еще месяц с лишним, но уже появилось "марсово чувство". "Здание УВД было тогда огорожено, но даже с улицы можно было увидеть дыру в стене после обстрела... И вот, когда ты просыпаешься по утрам от гула военных самолётов, то внутри появляется некое неприятное ощущение. Просто тогда ты еще не знаешь, что она называется "война". Да, у меня в произведениях и до 2014 года встречалось это слово. К Дню Победы, например. Хотя, если честно, то "война" тогда – это было что-то внутреннее, борьба в себе. Сейчас же это слово получило другой вес, другое значение. Даже стараешься уходить от этого слова – аллюзиями, полунамёками, метафорами. Пытаешься, так сказать, дистанцироваться. Как говорит наш донбасский автор Иван Волосюк, это слово набило оскомину. Да писать о ней нужно, но меньше проговаривать само слово. И не только его, но и "двухсотые", "трехсотые", "убийства", "разрушения" и прочее. Может быть, чтобы и не притягивать это всё. А с другой стороны, как без этих слов, если они и есть наш сегодняшний день", - констатировал Иван Нечипорук. Перед самой войной он работал горномонтажником на шахте им. Гаевого. В июле 2014 года вывез семью из Горловки. Но душа была не на месте. В город вернулся в начале сентября, когда в силу вступили первые Минские договоренности. "Жена, конечно, не пускала, а я говорил: "Надо! Шахта ждёт, ждёт угля". Ссылался на прогулы... Хотя какая там шахта. Когда приехал всё стало понятно – засыпанные стеклом и кирпичной крошкой тротуары. Прошёлся по городу – 55 школа, 85, а потом и 14. И в каждую попадание. И вот, иду я от ОШ № 55, а из-за угла выходит наш литератор Николай Ковалёв. То есть до этого людей нет… и вдруг знакомое лицо. Это так удивительно первым в такой пустоте увидеть родного человека. Тишина была оглушительная, но в ней казалось, что город плачет. Негромко, не навзрыд, а с какой-то обидой. Особенно это чувствовалось в районе "старого кольца", там, где сейчас памятник афганцам. Вот эти вот сталинские двухэтажки, побитые… (продолжение ⬇️)