КК

Корсунская копь

Наука · 29 июля 2026 г.

Открыть канал в MAX

В Горловку она вернулась 27 августа. Закончился отпуск и 1 сентября нужно было выходить...

В Горловку она вернулась 27 августа. Закончился отпуск и 1 сентября нужно было выходить на работу. "Запомнился случай на блокпосту в Артёмовске, когда украинский военный сказал моему сыну: "Ты не бойся". Я спрашиваю: "А чего он должен бояться?". Мне в ответ: "А чего вы возвращаетесь?". Я говорю: "Домой возвращаемся. У нас тут дом. Или, может, нам нужно ночевать в палатках?". А он: "Я тоже местный. Я из Донецка. И, когда стал вопрос, пошёл защищать свою Родину. Пусть мальчик, когда вырастет, идёт защищать Украину". На что я тоже ответила: "Когда мой сын вырастет, он будет защищать свою Родину и свою мать". Было непреодолимое возмущение от всего, что происходит. Невозможно было молчать. Ведь мы же, когда выехали, следили за каждой строчкой из родного города. Тут умирали люди, знакомые нам люди. Тогда же погибла директор горловского филиала компании "Геркулес". Она не выехала отсюда, работала. И погибла в своей машине возле торгового центра "Парус" под обстрелом. Для нас это был шок. Поэтому мы знали, куда возвращаемся. Когда приехали, шли через полгорода пешком. Нас пришёл встречать двоюродный брат. И вот начинают стрелять, а я уже собираюсь падать и ребёнка тяну к земле. Наш провожатый говорит: "Да не паникуйте, это же от нас". А я не могу понять, как он различает запуск по слуху. А потом и сама научилась этому. В этот же день прилетело на Пятовский ставок. Счастливая случайность спасла жизнь моим дяде и брату. Они решили попить кофе перед тем, как пойти через ставок встречать нас. Это их и спасло. Они услышали прилёт и поняли, что нужно идти по-другому. А мы шли через молокозавод. Нас остановили дети окриком: "Вы куда?". Мы говорим, что домой. А они – туда нельзя, там только что погибли люди. Можете себе представить, как мы себя тогда чувствовали?", – вспомнила то время педагог. Евгения Бугорская рассказывает, что зиму 2015 года она с семьей провела в подвале. Падения на соседней улице воспринимались как "прилёты" прямо в их двор. Подвал был неглубоким и предназначался для хранения продуктов. Поэтому и гудение проходящей мимо дома бронетехники можно было принять за обстрел. "Знаете, было такое, когда мимо нас проезжали САУ. Мой ребёнок выглянул в окно и начал махать ребятам, которые там ехали. Они, уставшие, тоже махали ему. Мой дедушка в Великую Отечественную войну командовал артиллерией. Никогда не думала, что мой сын в XXI веке будет приветствовать артиллеристов. А я в это время буду думать об укрытии и том, чтобы к нам не прилетело. Детей одевали за три секунды, спускали в подвал первыми, ставили автономный фонарь, включали на ноутбуке мультфильмы погромче. Муж сидел выше всех, чтобы открывать подвал. А я, мама и сестра отвлекали детей. Сидели и ждали. Понимали, что наш погреб – это скорее психологическое, чем настоящее, убежище. А чтоб окончательно не накрыло отчаяние, читали заградительную молитву, которую батюшка недавно показал в молитвослове", – словно о вчерашнем дне рассказала Евгения Викторовна. Но самым страшным военным воспоминанием для неё остаётся август 2015 года. С семьей она уже переехала поближе к месту работы в ОШ № 16. "Наша школа отрапортовала, что готова к новому учебному году. Это было 25 августа. Да, раннее утро после Дня независимости Украины. Чётко скорректированным огнём они ударили по нашей школе и лицею № 14. Это случилось в 04:05 утра Начали падать снаряды - перед школой, за ней и возле пятиэтажных жилых домов. Мне эти 20 минут ужаса показались вечностью. Когда всё закончилось, мы вышли посмотреть на последствия и у меня началась истерика. Всё, что мы готовили для детей, стояло без стёкол, разбитое и разрушенное. В такой момент понимаешь, что никто не застрахован от войны снова. Это ведь школа не прифронтовая, а в центре города. Мы ведь должны учить детей, чтобы они развивались. Дети должны жить, и у них должно быть детство. Они же не брали в руки оружие. Ученик вооружён ручкой. Зачем стрелять по школам?", - вопрос, на который Евгения Бугорская до сих пор не знает ответа. (продолжение ⬇️)