Под Новый год 1945 года на фронт забрали и тогда еще 17-летнего Михаила Мартыненко. Сна...
Под Новый год 1945 года на фронт забрали и тогда еще 17-летнего Михаила Мартыненко. Сначала в Харьков, а оттуда на Дальний Восток. Ветеран рассказывает, что условия "переезда" были, мягко говоря, ужасные. "Ехали в вагоне, который мы «телятныком» называли, - вспомнил Михаил Андреевич. - Небольшая буржуйка, без дров и воды. А в Сибири в январе-феврале холодина такая, что не дай Боже. А поезд еще станет, чтобы танки пропустить вперед… от холода умереть можно. Или вдруг мимо поезд с фронтовиками едет. Они с гармошками, песнями и смехом. Для нас, еще не бывших на фронте, все это было невероятно. В вагоне человек сорок и все на досках спят. А есть как хотелось! Давали брикеты каши, а воды же нет. Тогда мы к машинисту из паровоза кипяточка. А на нас командир орет, мол что ж вы делаете, туды-растуды, без пара оставите нас. В Куйбышево останавливались. Первый раз за месяц попали в баню. А ребята за время пути ослабли и падали на пол… от пара. 45 суток ехали на Дальний Восток. Там Мингородок есть. Нас собралось 10 тысяч где-то. Погоняли, погоняли, а потом выдали форму. Но самое удивительное.... столовая. Заходишь, все чистенько, перевернутая тарелочка, а под ней – хлеб! Мягкий, вкусный с запахом. Мы-то сухари все это время и брикеты ели". Во Владивостоке новоприбывших заселили в клуб моряков Тихоокеанского флота, выделив кубрик. Муштровали ежедневно. Учили стрелять по штурмовикам, пикеровщикам, катерам и наземным целям. "Мы же деревенские ребята были – толком ничего не умели. Да и наши товарищи из Улан-Удэ тоже. Как-то раз были мы на торпедном катере. А судно это идет со скоростью 40-50 миль в час. Дают пять зарядов, каждый из них весит по 15 кг. А командующий, адмирал Юмашев, говорит: "Попадайте в цель! Снаряд вылетел – полетела пара хромовых сапог". Такая у снаряда была "стоимость". Меня поставили на 76-мм орудие (позже перешли на 85-мм). А нас шесть человек. И тут меня ставят «первым», а до этого я был заряжающим. Командующий с биноклем. Я поймал цель и «бах», «бах»! Командующий кричит: «Отставить!». Катер подходит с щитом и я вижу две пробоины – точно в цель. Командующий: «Куришь?». Я: «Курю». Он мне пачку «Беломора», 50 рублей и отпуск на месяц. Это уже было начало 1945-го", - отметил Михаил Мартыненко. Потом моего собеседника отправили служить на боевой корабль. И сразу на на Курильские острова. Шли с грузом танков и снарядов, а также в компании морской пехотой. Говорит, что тогда было очень сложно. Места незнакомые и советским воинам трудно было причалить. Михаил Андреевич рассказывает: "Выгружались чуть ли не в воду. Пулеметы тонули и люди проваливались. Был бой, но мы заняли этот остров. Дальше начали двигаться, а там – мина и как шандарахнет. Корабль подорвался. Нас оставили там, на острове. Пришлось из воды вытаскивать и танки, и орудия, и боеприпасы. На острове была «Чертова долина», в которой были туннели. А в туннелях – рельсы и паровозик. Мы его зимой топили, чтоб согреться... Участвовал и в параде Победы во Владивостоке. Помню, там много самолетов было. А после парада нас снова на Курильские острова отправили. Там был 2,5 года. А вообще семь лет служил. Дослужился до старшего сержанта, заместителя командира огневого взвода 85-мм пушек зенитной артиллерии. Японцев навидался. Помню в порту подходим к военнопленным, а они уголь грузят. На треть лопаты берут и маленькими порциями пересыпают. Мы им: «Кто ж так с лопатой обращается!» и давай показывать, перекидывая лопаты с горкой. А японцы стоят и улыбаются. Хитрые, заразы. А потом их погнали лес в тайгу рубить. Боже, сколько же их там погибло!". (продолжение ⬇️)