И таких в Горловке немало. Случай привел нас в семью Туболевых. С Валей Туболевой мы по...
И таких в Горловке немало. Случай привел нас в семью Туболевых. С Валей Туболевой мы познакомились на занятиях второкурсников консерватории. Валя играет на кларнете. Эта жизнерадостная, подвижная девушка работает аппаратчицей на азотнотуковом комбинате, в цехе окисления аммиака. Кларнет ей нравился давно, и она, долго не раздумывая, пошла учиться в музыкальную школу. Там удивились: единственная девушка подала на духовое отделение. А вскоре представился случай поступить в консерваторию. Сейчас Валя играет пьесы русских и западных композиторов, мечтает стать настоящим музыкантом, хотя профессия аппаратчицы ей тоже очень нравится. Дома у Вали — целый ансамбль. Семейство Туболевых хорошо знают в Новой Горловке. На том же заводе работают и мать Вали, и ее сестра, и два брата: один — токарем, другой — стеклодувом в лаборатории. Вале и Жене недавно присвоили звание ударников коммунистического труда. Что касается музыки, то к ней ребята относятся не менее Серьезно, чем к своим основным профессиям. Женя играет на тромбоне в самодеятельном оркестре, а Виктор избрал музыкальную специальность сродни своему темпераменту — он ударник. Все трое часто собираются вместе после работы помузицировать. ...Едва только солнце начинает клониться к закату, раскрываются двери лучшего в городе Дворца культуры — Имени Ленина. В это время начинаются концерты и спектакли, лекции и занятия художественной самодеятельности. Люди приходят минута в минуту — как на работу. Несут футляры с аккордеонами, трубами, а то и просто папку с нотами. Не иначе, как вокалисты. Их тоже немало в консерватории. Вообще в Донбассе очень любят петь — поют везде, даже в забое. Веселый народ шахтеры! Иной раз соберутся в пересменку прямо на шахтном дворе: есть минута-другая — споют, а то и спляшут. Черные, как черти, вылезают из забоя, только зубы сверкают. А навстречу — совсем чистенькие, смену принимать. В это время их и застают «артисты», как ласково называют шахтеры своих же ребят — слушателей консерватории. И вот уже одна песня сменяет другую, зрители подхватывают знакомый мотив, и долго не стихают аплодисменты. Такие дни на шахте называют «днями повышенной добычи». В нынешнем учебном году из-за нехватки педагогов в консерваторию приняли лишь 25 человек. — Желающих было много,— рассказывает Анатолий Семенович.— Но мы учли прошлогодний опыт, когда большая загруженность педагогов не позволяла составить подходящее расписание индивидуальных занятий. В этом году отбор был строже. А вообще мы стараемся помогать тем, кому трудно,— ведь все, кто здесь занимается, независимо от возраста и профессии, так беззаветно любят музыку! Валентин Андреевич Сергеев переживает вторую молодость. Ему скоро сорок, а он с прилежностью школьника разучивает на рояле гаммы... За плечами — нелегкий путь простого советского труженика. Родился в глухом приволжском селе Собакине. Первым парнем был на селе — гармонистом. От девчонок отбоя не было. Накануне войны попал в Сызрань, учился там на техника-путейца. На Втором Украинском фронте перед боем в партию вступил. Прошел всю Европу, многое повидал. Уже после армии диплом инженера-строителя получил. В Донбасс приехал по зову партии, работал начальником участка, главным инженером. Где ни бывал, о музыке помнил, слушал ее часто. В глубине души теплился огонек надежды: вот бы научиться по-настоящему! Но руки огрубели от работы, да и возраст уже не тот. Когда товарищи подавали заявления в консерваторию, он помалкивал: где уж мне! А в этом году всех удивил. Поступил в класс рояля. Играет этюды Черни, небольшие пьесы. Подрастает дочь — и она будет учиться музыке. (продолжение ⬇️)