ОЧАРОВАН, ЧЕСТЕР
ОЧАРОВАН, ЧЕСТЕР Друзья, как вам сегодня энергия понедельника? Как насчет немного выдохнуть? Для вас небольшая история. Солнечный зайчик устроился на носу спящего кота. Честер, молодой британский котик золотого окраса, приоткрыл один зеленый глаз. Кот зевнул, показав миру розовый язычок, и неторопливо поднялся. Выглядел Честер великолепно. Каждая шерстинка переливалась: у корней — теплый, сочный подтон, а кончики горели чистым золотом. Ладный, крепкий, чрезвычайно симпатичный котик. Хозяева ушли. Дверь щелкнула, и квартира выдохнула - огромная, пустая, залитая солнечным светом. Это пространство теперь принадлежало только ему. Честер совершил утренний моцион — не спеша, с чувством собственного достоинства прошествовал к миске. Кинул беглый взгляд на корм: «Хм, вчерашний кролик? Ну ладно, сегодня я великодушен». Хрумкая, он размышлял о вечном, например, о том, как удачно вчера лег на только что отглаженное белье. Позавтракав, он отправился в большое путешествие. Его путь лежал через ковровую саванну гостиной (ворс приятно щекотал подушечки лап) к великой стеклянной стене — панорамному окну. Он запрыгнул на подоконник, и его золотая шубка вспыхнула в лучах утреннего солнца. Снаружи, низко-низко внизу, шумел город, но для Честера это был просто немой фильм с мельтешащими фигурками. Он смотрел на это с философским спокойствием: «Суета…» Слева что-то блеснуло. Зеркало в прихожей. Честер не спеша спрыгнул с подоконника, грациозно, словно его лапки были обуты в мягкие замшевые тапочки. Он подошел к зеркалу и замер. Из глубины стеклянной глади на него смотрел ОН. Честер склонил голову набок. Отражение склонило голову набок. Котик моргнул. Отражение моргнуло с идеальной синхронностью. Он подался вперед, разглядывая себя. — Мамочки, — читалось в его взгляде, — какой же красавчик! Честер прошелся вдоль зеркала, любуясь своей походкой, той самой, «от бедра». Он повернулся одним боком, потом другим. Обошел зеркало кругом, проверяя, нет ли там второго такого же красавчика (вдруг спрятался?), но за зеркалом была только стена. Убедившись, что он в этом мире единственный и неповторимый, Честер удовлетворенно вздохнул. Он примостился на полу прямо перед своим отражением, положив голову на бархатистые лапки. Солнечный свет переползал с паркета на его спину, золотя шерсть. Вот она, высшая мудрость бытия: не гнаться, не суетиться, а просто быть. Лежать в луче солнца, любоваться собой (отражение никуда не убежало и делало то же самое) и чувствовать, как этот огромный, светлый мир замирает в такт твоему умиротворенному мурчанию. Где-то внизу сигналили машины, спешили люди, решались важные дела. Но все это превращалось в далекий гул, затихало, становилось все менее различимым...