Не так много у нас актеров, которые могли рассмешить одним взмахом бровей и заставить п... — 2 сентября 2026 г. в 07:13:43.898
Не так много у нас актеров, которые могли рассмешить одним взмахом бровей и заставить плакать — одним лишь взглядом. Евгений Леонов мог бы и не стать актером — война смешала карты. Вместо театрального кружка — токарный станок на авиационном заводе, вместо сцены — техникум. Но мечту, как известно, из сердца не выкинешь. После третьего курса Леонов понял, что не может без сцены и ушел в театральную студию. Пропадал там с восьми утра до ночи. И больше от театра не отрывался — до самого последнего дня. В 1957-м театр имени Станиславского повезли на гастроли в Свердловск. На улице парни заметили компанию девушек, и Леонов приметил одну — студентку педучилища Ванду Стойлову. Пригласил на «Дни Турбиных». Любовь вспыхнула как овации. Родители девушки были против. Актер небогат, да еще старше на девять лет. Но Ванда никого не слушала — бросила учебу, переехала в Москву, поступила в ГИТИС. И больше они не расставались. Чтобы зритель поверил в Доцента из «Джентльменов удачи», Леонов ездил в Бутырскую тюрьму «как на работу». Стоял за глазком, изучал повадки и словечки настоящих уголовников, записывал в блокнотик. А когда в 1959-м у него родился сын, и это случилось во время съемок «Полосатого рейса», артист от радости полез целоваться к тиграм. Всенародная любовь — штука опасная. Однажды во время гастролей «Ленкома» на теплоходе из-за Леонова едва не случилось крушение! Поклонники так рванули к нему, что судно накренилось. Сам он никогда не считал себя только комиком. Взять хотя бы его слесаря Харитонова в «Осеннем марафоне» — вроде комедия, а герой добродушный, бесхитростный и бесконечно трогательный. Леонов умел показать человека смешным, не унизив его, сохранив достоинство. За эту второстепенную роль, кстати, получил призы в Венеции и Сан-Себастьяне. А его Тевье-молочник в «Поминальной молитве» — последняя театральная роль, за которую он получил Государственную премию. В этом образе было всё, и любовь к семье, и мудрость, и смех сквозь слезы. 29 января 1994 года Леонов собирался в «Ленком». Но в театр не попал — оторвался тромб. Зрители, узнав о трагедии, не сдали билеты. Остались у театра и зажигали свечи. «Каждый вечер я иду на сцену, не на Олимп, не на Голгофу — я иду к людям, и я ни на секунду не покидаю их…» — писал он сыну. 2 сентября Евгению Леонову исполнилось бы 100 лет. —— Слава Богу за все!