Как один букет изменил целый трамвай
Как один букет изменил целый трамвай «Иногда садовник срезал мне несколько левкоев или махровых гвоздик. Я стеснялся везти их через голодную и озабоченную Москву и потому всегда заворачивал в бумагу очень тщательно и так хитро, чтобы нельзя было догадаться, что в пакете у меня цветы. Однажды в трамвае пакет надорвался. – И где это вы сейчас достали такую прелесть? – спросила пожилая женщина. – Осторожнее их держите, – предупредила кондукторша, – а то затолкают вас и все цветы помнут. Позади меня стояла бледная девочка лет десяти в выцветшем розовом платье и умоляюще смотрела на меня. – Дяденька, дайте цветочек! Ну, пожалуйста, дайте. Я дал ей махровую гвоздику. Девочка начала отчаянно продираться к задней площадке, выскочила на ходу из вагона и исчезла. – Совсем ошалела! – сказала кондукторша. – Так каждый бы попросил цветок, если бы совесть ему позволяла. Я вынул из букета и подал кондукторше вторую гвоздику. Пожилая кондукторша покраснела до слез и опустила на цветок сияющие глаза. Тотчас несколько рук молча потянулись ко мне. Я раздал весь букет и вдруг увидел в обшарпанном вагоне трамвая столько блеска в глазах, приветливых улыбок, столько восхищения, сколько не встречал, кажется, никогда ни до этого случая, ни после. Как будто в грязный этот вагон ворвалось ослепительное солнце и принесло молодость всем этим утомленным и озабоченным людям. Пожилой костлявый человек в поношенной черной куртке низко наклонил стриженую голову, открыл парусиновый портфель, бережно спрятал в него цветок, и мне показалось, что на засаленный портфель упала слеза. Я не мог этого выдержать и выскочил на ходу из трамвая. У каждого хранится на душе, как тонкий запах лип из Ноевского сада, память о проблеске счастья, заваленном потом житейским мусором» Константин Паустовский