Закрой свой рот и слушай мать! - рявкнул муж, когда я попыталась объяснить, почему не м...
Закрой свой рот и слушай мать! - рявкнул муж, когда я попыталась объяснить, почему не могу отдать свекрови мамино наследство в 3 миллиона. К вечеру он стоял на пороге, трясущийся: «Милая, умоляю, скажи, что это недоразумение! Мама в шоке, нас же теперь...» Людмила Константиновна, свекровь, вторглась в их жизнь без предварительного звонка, как это часто бывало. Она вошла с властным видом, сбросила обувь у порога на ковер, и направилась прямиком на кухню, где наполнила чашку кофе из турки, только что снятой Олесей с плиты. "Нам необходимо обсудить кое-что, Олеся," - заявила она, присаживаясь за стол и придвигая к себе сахарницу. Разговор предстоит серьезный. Олеся, не произнеся ни слова, взяла еще одну чашку, наполнила ее остатками кофе. Разговоры с матерью мужа всегда начинались с этой фразы. Нам надо поговорить. И это каждый раз означало новую попытку контролировать их существование. "Я тут кое-что прикинула," - продолжала свекровь, размешивая кофе. "Вы полны сил, здоровы, снимаете угол, живете скромно, а у меня есть пустая квартира в центре. Было бы логично её продать, добавить немного средств и приобрести трехкомнатную квартиру. Вам с Сашей отдельная комната, и мне тоже". Олеся чуть не выронила чашку. Они с Александром поженились два года назад. Их скромная квартира на окраине города, хоть и с протекающим краном и шумными соседями, была их крепостью. Здесь они могли спрятаться от всего мира. "Людмила Константиновна, мы неплохо справляемся сами," - робко ответила Олеся. – "Мы не хотим быть вам в тягость". "Какая тягость?" – Свекровь отмахнулась. "Я буду помогаю вам по хозяйству, готовить, убирать. Вы оба допоздна пропадаете на работе. А так придете домой, а вас ждет ужин, чистота, уют". Олеся представила на мгновение подобную перспективу, и ей стало не по себе. Людмила Константиновна, каждый день в их доме, каждый день со своими замечаниями. "Почему так много соли в супе? Зачем покупать такую дорогую колбасу? Есть и дешевле". "Александр, тебе бы следовало надевать галстук на работу, а то выглядишь непонятно как". "Мы подумаем," - ответила она как можно более спокойно. "Тут думать не о чем. Свекровь ударила ладонью по столу. Деньги на ветер бросаете. 28 000 за эту конуру. За год выходит больше 300 000. Это возмутительно". Олеся предпочла промолчать. Когда вечером Александр вернулся домой, она очень аккуратно затронула эту тему. Он выслушал ее, не отрываясь от телефона, а потом вздохнул Лимонадия