Мы молчали. Я смотрела на ночной город: огни дрожали в лужах, тянулись длинными полосам... — 20 июля 2026 г. в 09:50:18.411
Мы молчали. Я смотрела на ночной город: огни дрожали в лужах, тянулись длинными полосами вдоль улиц, сливались в причудливые узоры. Он смотрел на меня — внимательно, будто пытался прочесть то, что я не решалась произнести вслух. — Обиделась? — спросил Серёжа наконец. Голос его звучал непривычно тихо, без привычной бравады. Я усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья — только тонкая, колючая горечь. — А сам как думаешь? Он тяжело выдохнул, и этот выдох прозвучал как признание. — Догадываюсь. — Нет, не догадываешься, — покачала я головой, чувствуя, как внутри начинает подниматься волна обиды — не резкой, не кричащей, а тихой и тяжёлой, как мокрый песок. Он прислонился спиной к перилам, будто ему вдруг понадобилась опора. — Тогда скажи. — Ты не сказал мне, хотя должен был сказать первой. — Алиса... — Нет, подожди, — я подняла руку, не давая ему перебить. — Всем сегодня рассказал. Друзьям. Одногруппникам. Людям, которых видишь раз в месяц. А мне — нет. — Я собирался. — Когда? — спросила я, и в этом «когда» было столько ожидания, столько надежды на то, что сейчас он скажет: «Ещё вчера», «За завтраком», «В тот самый момент, когда понял сам». Он промолчал. — Через неделю? За день до вылета? Или вообще из аэропорта написал бы: «Лисёнок, не теряй, я в Китай»? Серёжа невесело усмехнулся, но улыбка быстро растаяла, как дым на ветру. — Не утрируй… 🗝️ Продолжение в книге «Тот, кто помнит все» | Дарья Вольская