Божественный Мусорянин: почему гениальный композитор умер в одиночестве и нищете — 31 августа 2026 г. в 15:50:57.196
Божественный Мусорянин: почему гениальный композитор умер в одиночестве и нищете Я долго не могла отойти от портрета, который Илья Репин написал в больничной палате. С холста на меня смотрит Модест Мусоргский: постаревший, неухоженный, в больничном халате. Композитору всего сорок два, но выглядит он гораздо старше. Репин успел сделать только четыре сеанса, а на пятый его уже не пустили. Вскоре Мусоргского не стало. Художник не пытался приукрасить друга, но во взгляде больного человека нет отчаяния. Он будто говорит: я успел сделать главное. Этот портрет стал единственным прижизненным живописным изображением композитора. Позже он вытеснил ранние фотографии, где Мусоргский был обаятельным молодым человеком. Каким он был раньше? Александр Бородин, будущий химик и композитор, встретил Модеста, когда тому было семнадцать. Молодой офицер Преображенского полка, мундир с иголочки, выхоленные руки, изящные манеры, французские фразы. Бородин запомнил его очень изящным, точно нарисованным офицериком, с припомаженными волосами и выточенными ногтями. Дамы ухаживали за ним. В школе гвардейских подпрапорщиков, куда его отдали родители из небогатой псковской семьи, Модест уже был звездой. Он виртуозно играл на фортепиано, разыгрывал сценки из водевилей, изображая всех персонажей бархатистым баритоном. Родители хотели, чтобы сын сделал армейскую карьеру, но музыку поощряли: нанимали лучших учителей. Директор школы даже приглашал Модеста музицировать в четыре руки с генеральской дочкой. В те годы Петербург стал центром притяжения для молодых дарований. Из Нижегородской губернии приехал Милий Балакирев, мечтавший создать национальную русскую музыку. Вокруг него собрались Кюи, Бородин, Мусоргский, а позже и Римский-Корсаков, только что вернувшийся из кругосветного плавания. Их называли «Могучая кучка» - придумал это название критик Владимир Стасов. Кумиром компании был Глинка, автор опер «Руслан и Людмила» и «Жизнь за царя». Музыкального образования ни у кого из них не было, кроме домашнего. Они сознательно отвергали академическую школу, считая её западной. Когда в 1862 году Антон Рубинштейн открыл в Петербурге консерваторию, кучкисты отнеслись к ней с юношеским максимализмом и противопоставляли себя этому учреждению. Уже через год Мусоргский уволился с военной службы, чтобы заниматься только музыкой. Это решение лишило его житейского благополучия: он отдал родовое имение брату, ушёл с казённой квартиры и потом долго скитался по меблированным комнатам и у знакомых. Чтобы как-то сводить концы с концами, пришлось вернуться на государственную службу чиновником. Она отнимала силы и мешала творчеству. Личная жизнь тоже не складывалась. Мусоргский так и остался холостяком, детей у него не было. Ходили слухи о любви к трактирной певице, которая разбила ему сердце. Писатель Иван Лукаш сделал эту историю основой романа «Бедная любовь Мусоргского»: там возлюбленная играла на арфе в кабаке и утонула, а композитор пытался забыться в вине. Сам Лукаш называл свой роман легендой, которая объясняет тайну странной жизни Мусоргского. Стасов упоминал, что Мусоргский любовался певицей Латышевой из оперы Серова «Юдифь». А ещё была Людмила Шестакова, сестра Глинки. Мусоргский называл себя в письмах к ней «Мусинька». Именно она подарила ему редкое издание «Бориса Годунова» с автографом Пушкина, когда узнала, что он задумал оперу. Он поставил перед собой задачу передать в музыке живого человека. Это казалось странным. Критики смеялись: говорили, что Мусоргский сочиняет шипение самовара или поиск извозчиком кнута в тёмной комнате. Даже друзья не верили в него. Балакирев считал, что у Модеста «слабые мозги», Стасов советовал писать что-нибудь сатирическое. Римский-Корсаков позже назовёт «Хованщину» какофонией и грязью, а Чайковский в письме брату предложит отправить «мусоргскую музыку» к чёрту. Для первой серьёзной оперы он выбрал пушкинского «Бориса Годунова». В то время он снимал квартиру вместе с